Миф № 14: Недостающее звено не найдено После публикации «Мифов об эволюции человека» к нам пришли десятки писем, в которых читатели предлагали свои варианты мифов «для разоблачения». Среди присланных заблуждений с большим отрывом лидирует «Миф о недостающем звене», который формулируется так: Сто лет уже учёные ищут, а пресловутое «недостающее звено» так и не нашли...

Рис. 1. В центре — - питекантроп (скульптура В. А. Ватагина). Слева — шимпанзе (гравюра Tulp, 1641). Справа — кроманьонец. Источник: http://www.arthursclipart.org/p Термин «недостающее звено» (missing link) стал использоваться ещё в XIX веке. В частности, Эрнст Геккель предположил, что между человеком и его предком — древней обезьяной — должно было существовать некое промежуточное существо, питекантроп, останки которого в ту пору ещё предстояло найти (см. Рис.1).

В этом смысле термин используется и сейчас, в основном, журналистами и в популярной литературе. Специалистам давно понятно, что поскольку становление человека — длительный процесс, а эволюция непрерывна, то между человекообразным приматом, жившим 10 миллионов лет назад, и современным человеком было МНОГО ЗВЕНЬ- ЕВ. Эти звенья постепенно, одно за другим, палеоантропологи открывали в течение последних 100 лет. В итоге получилось не звено, а ЦЕПОЧКА.

Поэтому специалист обязательно уточнит: «недостающее звено» между кем и кем?

Рис. 2. Неполная и упрощённая (!) схема эволюции человека.

 Между «обезьяной и человеком»? Слишком расплывчато, на эту роль годится любой из австралопитеков.  Между Человеком разумным и питекантропом (Homo erectus)? Тогда это Homo heidelbergensis, живший 500 тысяч лет назад.  Между Homo erectus и австралопитеком? Homo habilis, человек умелый, 2 миллиона лет назад.  Между четвероногим и двуногим? Ардипитек, 4 с половиной миллиона лет назад.  Общий предок человека, шимпанзе и гориллы? Накалипитек, 10 миллионов лет назад.  Общий предок крупных человекообразных обезьян? Проконсул, более 15 миллионов лет назад.  Общий предок всех приматов? Пургаториус, это вообще конец мелового периода.

И т.д. … (см. здесь)

Утверждение, что «недостающее звено не найдено», превратилось в заблуждение примерно в 1970-е годы, когда накопились материалы по всем основным стадиям человеческой эволюции. В конце XX века и начале XXI, с описанием группы «ранних австралопитеков», проблема недоставания звеньев окончательно потеряла актуальность. В настоящее время находят уже не «недостающие звенья», а «промежутки между промежуточными звеньями». Находок так много, что именно их многочисленность становится проблемой для антропологов, поскольку оперировать столь большим материалом уже трудно.

А между тем, новые виды ископаемых гоминид продолжают открывать с завидной регулярностью.

Например, только в 2010-м году было описано 3 вида:

 Australopithecus sediba (типичное «звено между звеньями», ещё не совсем человек, но уже и не совсем австралопитек).  Homo gautengensis (древнейший человек из Южной Африки).  Загадочный «денисовский человек» (для которого пока что нет формального латинского названия).

Рис. 3. «Традиционная» и современная схемы эволюции человека.

Понятно, что с каждой находкой, с каждым новым описанным видом, картина становится более подробной… и более сложной (см. рис. 3, а также здесь). Что ж, таковы законы познания!

Представьте, что у нас есть формы А и С, а между ними — «недостающее звено»:

А → ? → С Допустим теперь, что мы нашли это самое «недостающее звено» B:

А → B → C Всё хорошо? Не тут-то было! Если мы имеем дело с непрерывным рядом, теперь у нас ДВА недостающих звена:

А → ? → B → ? → C Но человека, далёкого от науки, такое положение дел не устраивает. Люди любят решать простые задачи (например, угадывать буквы в игре «Поле чудес»), но плохо мирятся с существованием задач сложных, не решаемых за минуту, час, день, а тем более за годы. Массовое сознание требует примитивных моделей. Бренд «недостающее звено» прекрасно годится на эту роль.

Поэтому, как только палеоантропологи сообщают о новом виде «предка человека» — журналисты начинают вопить: «Недостающее звено наконец-то найдено!». А далёкие от антропологии обыватели удивляются: что, опять?!

И ещё. Лет 70 назад, когда подобных находок было не так много, ситуация казалась относительно простой. Жил-был австралопитек, потом от него произошёл питекантроп, потом неандерталец и т.д. Когда находки стали накапливаться, выяснилось, что прямоходящих человекообразных существ на нашей планете когда-то жило множество. Например, 2-4 миллиона лет назад по Африке разгуливало сразу несколько видов австралопитеков. И можно быть уверенным, что в ближайшее время будут описаны новые виды, сейчас неизвестные! Очевидно, что кто-то из австралопитеков дал начало человеческому роду. Но также бесспорно, что все они одновременно быть нашими предками не могли. Кто же конкретно из австралопитеков — наш пращур? А может, предков было несколько? Ведь многие виды приматов могут скрещиваться, образуя гибриды.

Рис. 4. Где ты, прадедушка?

Представьте, что на чердаке Вашего старого дома (давайте допустим, что у Вас есть старый дом), в пыльном углу Вы нашли коробку с пожелтевшими семейными фотографиями. Какие-то господа в старомодных костюмах, дамы в красивых платьях... Всё — черты лиц на фото, антураж, само место, где найдены фотографии,— говорит о том, что на снимках Ваша родня. Здесь точно есть Ваши прадедушка и прабабушка, но, кроме того, их родные, двоюродные, троюродные братья и сёстры. Если бы на фотографиях фигурировал один человек, всё было бы просто. Но поскольку лиц много — вероятно, кандидат «в прадедушки» будет не один, а может, и не два.

Рис. 5. Модели меняются...

Далёкому от науки зрителю кажется: «Учёные мудрят...» Но только ли в антропологии так? Ведь сейчас мы знаем, что и наша планета Земля, на самом деле, не идеально круглая, а имеет более сложную форму (см. рис. 5). И первая модель атома Томпсона (т.н. «кекс с изюмом», см. рис. 5) была далеко не такой, какой мы привыкли её видеть.

Модели усложняются, но базовые принципы никуда не делись, а споры ведутся о «деталях деталей». Земля не идеальный, но всё-таки шар. Путь от древней обезьянки к современному человеку был длительным и извилистым, но этапы этого пути нам известны, а последовательность человеческих предков известна лучше, чем для любого другого вида живых организмов. Конечно, хочется найти ВСЕХ предков поштучно, но такой полной последовательности даже в Библии нет… Материал впервые опубликован в блоге Ефима Шифрина.

Комментарий переводчика Понятно, что форма черепа или зубов не связана напрямую с вопросом о разумности некоего существа. Даже использование инструментов не обязательно свидетельствует о наличии абстрактного мышления или способности к саморефлексии. Известно, что высшие обезьяны могут освоить ряд простейших символов языка глухонемых, их словарный запас может достигать 3000 слов, и они даже способны создавать «составные иероглифы» («туалет» — «грязный хороший»; «зажигалка» — «бутылка спичка»). Однако дальше этого уровня обезьяны не могут продвинуться, и их реакции до конца жизни остаются «детскими». Иными словами, они остаются «пленниками чувств», как называл это Абдул-Баха, и неспособны подняться до уровня абстрактных обобщений. Так, ни одна обезьяна пока не смогла изобразить себя или одного из окружающих её людей, даже самым примитивным детским стилем «ручки-ножки-огуречик». Именно здесь, очевидно, и проходит водораздел между животными и человеком — в способности иметь идею, то есть, внутренний, идеальный образ чего бы то ни было.

Для полноты картины имеет смысл привести здесь речь Абдул-Баха, чтобы из первоисточника узнать, что именно Он считал ключевым отличием животного от человека.

Выступление Абдул-Баха на «Открытом форуме» в Сан-Франциско, Калифорния, 10 октября 1912 г.* Хотя я чувствовал себя нездоровым сегодня вечером, но, питая большую любовь к вам, я решил посетить эту встречу. Ибо я слышал, что это открытый форум, где люди исследуют действительность; что вы свободны от слепого подражания, желая прийти к истинному постижению сущего, и что ваши усилия благородны. Поэтому, я подумал, что было бы целесообразно порассуждать на одну философскую тему, которая одинаково инте- * Стенограмма: Бижу Страун (Bijou Straun). ресна как для Востока, так и для Запада, что позволит нам рассмотреть сходства и различия между философскими учениями Востока и Запада.

По мнению западных философов, главный критерий суждения — чувственное восприятие. Они считают, что если нечто ощутимо или воспринимаемо, то оно реально и нет никаких сомнений в его существовании. Например, мы доказываем существование этого света через зрение; мы визуализируем эту комнату; мы видим солнце, зелёные поля; мы используем наше чувство зрения, чтобы наблюдать их. Мнение этих философов в том, что такое восприятие и есть реальность, что чувства суть высочайший уровень восприятия и стандарт суждения, в котором нет и не может быть ни сомнений, ни неопределённости. По мнению философов Востока, особенно греков и персов, стандарт суждения — это интеллект. Они считают, что критерий чувств ущербен, и в доказательство этого они указывают, что чувства часто обманываются и ошибаются. То, что подвержено ошибкам, не может быть непогрешимым, не может быть истинным стандартом суждения.

Наиболее мощное и надёжное среди чувств — зрение. Это чувство принимает мираж за водоём, и вполне уверенно говорит нам о его характере, в то время как за этим миражом ничего нет. Визуальное чувство, зрение, полагает отражение в зеркале истинным, тогда как разум заявляет нам, что оно не существует. Глаз видит Солнце и планеты, вращающиеся вокруг Земли, в то время как в действительности Солнце неподвижно и занимает центральное место, а Земля вращается вокруг своей оси. Наше зрение видит землю как плоскость, в то время как способность разума обнаруживает, что Земля сферична. Глаз рассматривает небесные тела в безграничном пространстве, и они кажутся ему малыми и ничтожными, в то время как разум заявляет нам, что всё это — колоссальные иные солнца. Зрение видит вращающуюся искру огня как световой круг и нисколько не сомневается в этом, в то время как этот круг не существует. Человек на корабле видит, что берега по обе стороны движутся, в то время как в движении находится само судно. Говоря кратко, имеется много случаев и свидетельств, опровергающих утверждение, что органы чувств и получаемые через них впечатления на самом деле соответствуют реальности, ибо чувства обманчивы и часто ошибаются. Как же тогда мы можем по праву заявить, что они доказывают реальность, когда сам стандарт и критерий суждения ущербен?

Философы Востока считают идеальным критерием разум, или интеллект, и именно в соответствии с этим стандартом может быть доказана сущность всех объектов; ибо, говорят они, критерий разума и интеллекта совершенен, и всё, что доказуемо с опорой на разум, и есть истина. Таким образом, эти философы считают правильными только те философские выводы, которые взвешены на весах разума, и они заявляют, что чувства — лишь помощники и инструменты разума, и что, хотя исследование реальности может вестись с помощью органов чувств, истинный критерий познания и суждения — сам разум. Именно здесь философы Востока и Запада расходятся во мнении. Материалистические философы Запада заявляют, что человек принадлежит к царству животных, в то время как философы Востока — Платон, Аристотель и персы,— делят существующий мир и все проявления жизни на две общие категории, или царства: животный мир, или мир природы, и человеческое царство, или мир разума.

Человек возвышается над животными благодаря своему разуму. Восприятие человека имеет два источника: ощутимое, или чувственное, и разумное, в то время как восприятие животных ограничено лишь чувствами, только ощущаемой реальностью. Ощущаемый аспект восприятия можно сравнить с этой свечой, разумный — со светом. Расчёты математических проблем и определение сферической формы Земли — примеры разумного восприятия. Сила тяжести — гипотеза, выдвинутая разумом. Разум как таковой нематериален и недоступен чувственному восприятию. Разум — это умозрительная сущность. Все качества суть идеальные сущности, а не материальные. Например, мы говорим, что этот человек — учёный. Знание — это идеальное достижение, недоступное чувственному восприятию. Когда вы видите этого учёного человека, ваши глаза не видят его знания, ваше ухо не может услышать его науку, и вы не можете ощутить её вкус. Это нематериальная сущность. Сама наука — идеальная сущность. Очевидно, поэтому, что восприятие человека имеет два аспекта: разумное и чувственное (или ощутимое).

Теперь что касается животного: оно наделено только чувственным восприятием. Разумное восприятие у него отсутствует. Оно не может воспринять идеальные сущности. Животное не может представить себе Землю как сферу. Ум животного, находящегося в Европе, никогда не смог бы запланировать открытие континента Америки. Животное царство не в состоянии обнаружить сокрытые тайны природы — такие, как электричество,— и вывести их из невидимой плоскости в царство зримого. Очевидно, что открытия и изобретения принципиально выше потенциала животного ума. Животное не может проникнуть в тайны происхождения мира и его создания. Его ум не способен осознать истинность эфира. Оно не может постичь тайны магнетизма, ибо у него нет дара абстрактного мышления и интеллекта. Иными словами, животное — пленник чувств. Оно не может принять ничего за пределами ощущаемого органами чувств. Оно отрицает всё это.

Оно не в состоянии воспринять идеальное и, следовательно, пребывает в плену чувств.

Добродетель, или совершенство, есть прерогатива человека, который обладает как способностью чувствовать, так и восприятием идеального. Например, среди достижений человека — астрономические открытия. Он не получил это знание через свои чувства. Бóльшая его часть была достигнута благодаря интеллекту, через восприятие идеального. Человеческие изобретения — результат разумных способностей человека. Все его научные достижения пришли дорогой разума. Говоря кратко, в человеке проявляются свидетельства интеллекта, или разума. Именно благодаря им он отличается от животного. Таким образом, животное царство отличается от человеческого царства и уступает ему. Несмотря на это, философы Запада применяют определённые силлогизмы, или умозаключения, с помощью которых они пытаются доказать, что человек произошёл от животных; что, хотя он сейчас позвоночное существо, но первоначально жил в море; оттуда он вышел на землю и стал позвоночным; что постепенно в своём анатомическом развития он приобрёл руки и ноги; затем он начал ходить на четвереньках, после чего достиг человеческого облика и прямохождения. Они считают, что его анатомия претерпевала последовательные изменения, пока, наконец, он не приобрёл человеческую форму, и что эти промежуточные формы, или изменения, подобны соединённым друг с другом звеньям. Есть, однако, недостающее звено между человеком и обезьяной, и по сию пору учёным не удалось отыскать его. Таким образом, величайшее доказательство этой западной теории человеческой эволюции,— анатомическое. Полагают, что есть определённые рудиментарные органы в человеке, которые свойственны обезьянам и низшим животным, из чего делается вывод, что человек, в какой-то момент своей эволюции, обладал этими органами, которые больше не функционирует, но проявляются в настоящее время, как их зачатки или, наоборот, остатки.

Например, у змеи есть определённые придатки, которые указывают, что в своё время она обладала длинными конечностями, но, когда это существо начало искать себе жильё в земляных норах, эти конечности оказались больше не нужны, они атрофировались и уменьшились, оставив после себя лишь рудименты, или придатки, в качестве доказательства того, что было время, когда они имели большую длину и активно использовались. Точно так же, как утверждают, определённые придатки есть и у человека,— то есть, что было время, когда его анатомическое строение отличалось от строения его нынешнего организма, и что имело место соответствующее преобразование или изменение этой структуры. Копчик, или оконечность позвоночника человека, объявляется рудиментом хвоста, которым ранее обладал человек, но который постепенно исчез, когда он научился прямохождению и орган этот стал бесполезен. Эти заявления и демонстрации выражают суть западной философии в вопросе о человеческой эволюции.

Философы Востока в ответ на аргументы западного мира говорят: давайте предположим, что анатомия человека изначально отличалась от его нынешней формы, что она постепенно трансформировалась, от одной стадии к другой, до тех пор, пока не достигла своего нынешнего состояния,— то есть, что в своё время человек был похож на рыбу, потом — на беспозвоночных и, наконец, приобрёл современное обличье. Это анатомическое развитие или прогрессирование никак не отменяет гипотезы о том, что развитие человека всегда было человеческим по типу и биологическим по своему течению. Ибо человеческий эмбрион при рассмотрении под микроскопом поначалу выглядит как бактерия, а потом как червь. Постепенно, по мере своего развития, он начинает демонстрировать определённую дифференциацию; появляются зачатки рук и ног — то есть, становятся различимы верхняя и нижняя части тела. После этого он претерпевает определённые изменения, пока не достигнет своей окончательной человеческой формы и не родится в сей мир. Но на любой стадии, даже когда эмбрион был похож на червя, он был человеком в потенциале и по природе,— человеком, а не животным. Формы, принимаемые человеческим эмбрионом в его последовательных изменениях, не означают, что по своей сути это животное. На протяжении этой прогрессии имеет место передача в неизменном виде типа, сохранение вида и рода. Понимая это, мы можем признать тот факт, что в своё время человек обитал в море, в другой период был беспозвоночным, затем — позвоночным и, наконец, стал человеком прямоходящим. Хотя мы признаём эти изменения, мы не можем сказать, что человек — это животное. На каждом из этих этапов имеются признаки и свидетельства его существования как человека, его финальной судьбы. Доказательство этого — тот факт, что на стадии эмбриона человек до сих пор напоминает червя. Этот эмбрион по-прежнему прогрессирует от одного состояния к другому, принимая различные формы, пока не явится то, что было в нём потенциально заложено, а именно — человеческий образ. Таким образом, и в протоплазме человек есть человек. Сохранение видов требует именно этого.

Потерянное звено дарвиновской теории само по себе доказывает, что человек — не животное. Разве возможно, чтобы все звенья присутствовали, а столь важное звено отсутствовало? Его отсутствие указывает на то, что человек никогда не был животным. Оно никогда не будет найдено.

Значение этого в следующем: мир человечества отличается от животного царства. Это учение философов Востока. У них есть доказательство этого. Доказательство заключается в том, что животные находятся в плену природы. Всё бытие и все явления низших царств суть пленники природы; могучее солнце, бесчисленные звёзды, царства растений и минералов,— ни одно из них не может ни на волосок уйти от ограничений законов природы. Они — абсолютно покорный материал в руках природы. Но человек нарушает законы природы и заставляет их служить своим целям. Например, человек — обитатель поверхности земли, наравне с животными. Требования природы обязывают его ограничить свой ареал обитания земной поверхностью; но он, презрев законы природы, воспаряет в атмосфере высоко над ней. Применяя свой интеллект, он преодолевает естественный закон, ныряет под поверхность морей на подводных лодках и пересекает их на кораблях. Он сковывает могучую силу природы — электричество — и заключает её в лампе накаливания. В соответствии с законом природы он должен быть в состоянии общаться на расстоянии, скажем, в тысячу футов; но благодаря своим изобретениям и открытиям он за несколько мгновений связывается с Востоком и Западом. Это нарушение законов природы. Человек останавливает звук своего голоса и воспроизводит его в фонографе. В лучшем случае его голос должен быть услышан на расстоянии нескольких сотен футов, но он изобретает прибор, который передаёт его на тысячу миль. Говоря кратко, все нынешние искусства и науки, человеческие изобретения и открытия когда-то были тайнами, которые по велению природы должны были оставаться скрытыми и непроявленными, но человек перевёл их из плоскости невидимого в плоскость зримого. Это противоречит законам природы. Электричество должно быть скрытой тайной, но человек обнаруживает его и делает его своим рабом. Он вырывает меч из рук природы и использует его против неё самой, доказывая, что в нём есть сила, которая находится за пределами природы, ибо она способна ломать и подчинять законы природы. Если бы эта власть не была сверхъестественной и экстраординарной, достижения человека были бы невозможны.

Кроме того, очевидно, что в мире природы отсутствует осознанное понимание. Природа лишена понимания, в то время как человек обладает сознанием. Природа лишена памяти; у человека есть память. Природа не имеет восприятия и воли; у человека есть и то, и другое. Очевидно, что человеку присущи добродетели, которых нет в мире природы. Это можно доказать с любой точки зрения.

Если утверждать, что интеллектуальная сущность человека принадлежит к миру природы, что это часть целого, мы спросим, возможно ли, чтобы часть содержала добродетели, которыми целое не обладает? Например, возможно ли, чтобы капля содержала добродетели, которых лишена совокупная масса всего моря? Возможно ли, чтобы лист был наделён добродетелями, которые отсутствуют во всём дереве? Возможно ли, чтобы экстраординарное качество разума в человеке было животным по своему характеру и качеству? С другой стороны, очевидно и несомненно, хотя и весьма удивительно, что в человеке есть эта сверхъестественная сила или способность, которая обнаруживает подлинные сущности явлений и которая обладает силой идеализации, или мышления. Она способна обнаружить научные законы, а мы знаем, что наука — это не осязаемая реальность. Наука существует в сознании человека как идеальная реальность. Ум сам по себе, разум сам по себе есть идеальная реальность, а не осязаемая.

Несмотря на это, некоторые из вроде бы прозорливых людей заявляют: «Мы достигли превосходной степени знания; мы проникли в лабораторию природы, изучая науки и искусства; мы достигли высшего положения знания в человеческом мире; мы исследовали факты, как они есть, и пришли к выводу, что лишь осязаемое может считаться приемлемым, только материальная реальность заслуживает доверия; всё, что нематериально, есть воображение и глупость».

Странно, что после двадцати лет обучения в школах и университетах человек внезапно доходит до состояния, когда он отрицает существование идеального, того, что недоступно чувственному восприятию. Вы когданибудь задумывались, что животное уже окончило такой университет? Вы когда-нибудь осознавали, что корова — уже почётный профессор этого университета? Ибо корова, без тяжёлого труда и изучения, уже достигла положения выдающегося философа в школе природы. Корова отрицает всё, что нематериально, говоря: «Я вижу! Я могу есть! Поэтому я верю только в то, что материально!»

Тогда почему мы должны идти в колледж? Давайте пойдём к корове.

* * * Комментарий переводчика Следует отметить, что учёные не столь единодушны во мнении касательно того, обнаружено «недостающее звено» или нет. Например, вот статья известного популяризатора науки, биолога Дмитрия Шабанова на эту тему.

Происхождение человека: где начало того конца, которым заканчивается начало?

Дмитрий Шабанов Опубликовано 10 декабря 2004 года © 2015, Издательский дом «КОМПЬЮТЕРРА» | http://www.computerra.ru/ Журнал «Компьютерра» | http://www.computerra.ru/ Этот материал Вы всегда сможете найти по его постоянному адресу: http://offline.computerra.ru/2004/571/37103/ Познавая мир, человек познаёт через него себя самого. Из научных теорий привлечёт внимание та, которая сообщает что-то о нас самих,— нам интересно то зеркало, в которое можно заглянуть. Страсти, кипящие вокруг теории эволюции,— следствие вытекающего из неё вывода о том, что человек «произошёл от обезьяны». Кстати, эта расхожая фраза некорректна; правильнее было бы говорить о происхождении человека от общих с современными обезьянами предков. В зоологическом смысле человек является обезьяной: отряд Приматы включает подотряды Полуобезьяны и Обезьяны; наше с вами семейство Люди (Hominidae) относится ко второму из них.

Вас не возмущает последнее предложение? У всех, кроме зоологов, такой подход, как правило, вызывает протест. Обезьяна — животное, а человек… тоже! Только человек — «животное» не как существо, управляемое низменными побуждениями, а как ни-растение-ни-гриб.

А знаете, почему обезьяна кажется смешной и уродливой, а, допустим, собака, лошадь или дельфин — нет? Потому что обезьяна похожа на нас; её черты — карикатура на наши (Чем более сходны конкуренты, тем острее конкуренция. Кто вызывал более острую ненависть у большевиков: монархисты или меньшевики?). Чтобы сохранить вид, его особи должны хорошо уметь отличать своих от чужих и решительно отторгать чужаков. Потому-то нас так и раздражает зоологический подход к нашему виду, что мы не готовы жить с другими формами жизни, признавая их «равными» себе.

Пожелаем удачи криптозоологам, которые ищут живых Homo floresiensis (см. «КТ» #566) в Юго-Восточной Азии и Homo neanderthalensis в горах Центральной Азии. И представим себе, что гипотетический «снежный» или «лесной» человек найден. Готовы ли мы жить в мире, где есть другие виды людей? Должны ли мы предоставить им равные с нами права и обязанности? Должны были бы судить флоресиенского человека, убившего одного из нас, по нашим законам? Каковы будут последствия нашего принятия их представлений о жизни, морали и праве?

Наша неготовность почувствовать себя одним из этапов эволюции животных окрашивает особым интересом и недоверием сообщения, которые относятся к нашей истории. Никакие находки не вызывают таких откликов, как очередные «недостающие звенья» в эволюции человека.