"Присмотритесь и увидите, как заря этого света занимается над миром, над его затянутым мглой горизонтом. Первая свеча - это единение в политической сфере, первые проблески которого уже различимы. Вторая свеча - единомыслие в международных делах, очевидцами которого мы вскоре станем. Третья свеча - это единый выбор свободы, которой суждено восторжествовать. Четвертая свеча - единство религии, краеугольного камня всей системы, которое во всем величии будет явлено волей Божией. Пятая свеча - это единство наций, которое прочно утвердится в этом столетии, так что народы мира будут считать себя согражданами одного всемирного отечества. Шестая свеча - единство рас, превращающее всех живущих на земле в народы и племена одной расы. Седьмая свеча - это единство языка, то есть выбор единого универсального языка, на котором будут получать образование и на котором будут общаться люди всего мира. Все это вместе и каждое в отдельности обязательно произойдет, ибо сила Царствия Божиего будет способствовать осуществлению этого".

Более шестидесяти лет назад 1 в Своей Скрижали, адресованной Королеве Виктории, обращаясь к "сонму правителей земли", Бахаулла проповедовал следующее: "Держите совет сообща, и пусть предметом забот Ваших будет лишь то, что идет во благо человечеству и улучшает его состояние... На мир взирайте, как на тело человеческое, что создано было здоровым и совершенным, но подверглось по разным причинам серьезным болезням и недугам. И ни на день боль его не утихала - наоборот, болезнь усугублялась лечением неумелых врачей, пришпоривавших коня своих суетных желаний и допускавших грубые ошибки. И если в какой-то момент, благодаря заботе умелого врача, исцелялась какая-то часть тела, другие органы, как и прежде, оставались во власти недуга..."

Далее Бахаулла говорит так: "Мы видим, что Вы ежегодно увеличиваете свои расходы, возлагая бремя их на народ, которым правите; истинно это есть не что иное, как вопиющая несправедливость. Бойтесь вздохов и слез сего Гонимого и не возлагайте непосильное бремя на свои народы... Договоритесь между собой о том, чтобы не вооружаться более, чем в пределах необходимого для защиты территорий и владений Ваших. Объединись, о сонм монархов мира, ибо это погасит пламя раздоров между Вами, и народы Ваши обретут покой. Если же кто-то из Вас пойдет войной на другого, то ополчитесь все на него, ибо это есть не что иное, как сама справедливость".

Что еще могли бы означать эти суровые слова, как не указание на неизбежность ограничения необузданного национализма в качестве необходимой предпосылки для создания в будущем содружества всех наций мира? Обязательно должно быть создано некое надгосударственное образование, которому все страны мира добровольно передадут все функции ведения войн, некоторых видов налогообложения и все права на содержание вооруженных сил, кроме контингентов для поддержания порядка внутри собственных владений. Такое надгосударственное образование должно иметь в своем составе международный исполнительный орган, наделенный всей полнотой власти, способной обеспечить беспрекословное повиновение ему со стороны любого непокорного члена содружества; иметь Всемирный Парламент, члены которого должны избираться народами соответствующих стран под контролем соответствующих правительств; иметь Верховный Суд, решения которого будут иметь обязательную силу даже в тех случаях, когда и стороны не соглашались по доброй воле прибегнуть к судебному разбирательству. Это будет сообщество, в котором навсегда будут упразднены все экономические барьеры и где со всей определенностью будет признана взаимозависимость капитала и труда; где навсегда угаснут страсти религиозного фанатизма и религиозных раздоров; где навсегда будет погашено пламя расовой вражды; где в соответствии с единым кодексом международного права - выработанного коллективным разумом представителей всего мира - будут приниматься безотлагательные санкции путем силового вмешательства объединенных войск содружества; наконец, мировое сообщество, в котором оголтелый воинствующий национализм уступит место твердой и сознательной приверженности всемирному гражданству, - таким представляется, в самом общем виде, Миропорядок, предсказанный Бахауллой, Миропорядок, который будут считать самым прекрасным плодом эпохи, приближающейся постепенно к зрелости.

"Храм единства, - провозглашает Бахаулла в Своем обращении ко всему человечеству, - воздвигнут; не считайте друг друга чужими... Все вы плоды одного древа и листья одной ветви... Весь мир - это лишь одна страна, и граждане ее - все человечество... Да не гордится человек тем, что любит свою страну; да гордится он тем, что любит род человеческий".

Не должно быть никаких опасений относительно живительной силы и предназначения всемирного закона Бахауллы. Он не только не ставит целью подорвать основы существующего общества, но напротив стремится расширить его базу, переформировать его институты так, чтобы они соответствовали потребностям постоянно меняющегося мира. Он не может вступить в противоречие с разумной приверженностью долгу или идти вразрез с законопослушанием. Его предназначение не в том, чтобы гасить здоровый и разумный патриотизм в сердцах людей, и не в том, чтобы упразднить систему национальной автономии, столь важную для предотвращения издержек чрезмерной централизации. Он не игнорирует, равно как и не пытается нивелировать, все разнообразие, обусловленное этническими корнями, климатическими условиями, историей, языком и традициями, мышлением и привычками, которыми разнятся народы и страны. Он призывает к более широкому понятию лояльности, к устремлениям более возвышенным, чем те, которыми когда-либо прежде жило человечество. Он требует подчинения национальных побуждений и интересов первостепенным нуждам объединенного мира. С одной стороны, он осуждает чрезмерную централизацию, с другой - отвергает все поползновения насадить единообразие. Девизом его является единение в несхожести, как поясняет сам Абдул-Баха: "Возьмите цветы в саду. Хотя они не одного сорта, не одной окраски и формы, цветы эти, получая влагу из одного источника, оживляясь дыханием одного ветра и черпая энергию лучей одного солнца, прекрасны, а разнообразие лишь делает их красивее и притягательнее. Какое унылое зрелище открывалось бы нашему взору, если бы в этом саду все цветы, все цветущие ветви деревьев и кустов, их листва и плоды - были бы одной формы и одного цвета! Многообразие оттенков и форм украшает, обогащает сад, делает его прекраснее. Нечто подобное произойдет, когда под действием и под влиянием одного начала объединится целый спектр интеллектов, темпераментов и характеров: миру явится и откроется во всем великолепии совершенство человека. Ничто, кроме неземного могущества Слова Божиего, что стоит за всем сущим и правит им, не в состоянии примирить и гармонизировать столь неодинаковые мысли, чувства, идеи и убеждения сынов человеческих".

Призыв Бахауллы в первую очередь направлен против всевозможных проявлений местнической ограниченности и предрассудков. Если какие-то веками лелеянные идеалы и освященные временем институты, какие-то нормы поведения и религиозные догмы перестали приносить пользу большей части рода людского, если они не служат более потребностям непрерывно развивающегося человечества, то пусть они будут сметены и выброшены, как и другие устаревшие и забытые доктрины, на свалку истории. В условиях мира, где непреложно действует закон развития и вырождения, как могут они избежать упадка, в который неминуемо приходят все институты человеческого общества? Ибо юридические нормы, политические и экономические теории предназначены исключительно для защиты интересов всего человечества, а не для того, чтобы обрекать его на крестный путь ради сохранения неприкосновенности какого-то закона или доктрины.

Поймите меня правильно. Принцип единства человечества, на котором зиждется все учение Бахауллы, - это не всплеск эмоций у непосвященного и не отражение смутных благочестивых чаяний. Смысл его нельзя отождествлять лишь с пробуждением духа братства и доброй воли у людей, и цель его состоит не просто в том, чтобы способствовать дружбе и сотрудничеству между отдельными странами и народами. Значение его глубже, цели намного масштабнее, чем все, что прежним Пророкам было дано явить миру. Его идея касается не только индивидуумов; в первую очередь имеется в виду сущность тех взаимоотношений, которые должны объединить все страны и народы в единую человеческую семью. Это не просто провозглашение идеала, ибо с ним неразрывно связан институт, способный воплотить его суть, продемонстрировать его действенность, увековечить его влияние. Он предполагает коренное изменение структуры современного общества, изменение, какого мир еще не претерпевал. Это вызов, бесстрашный и безоговорочный, обветшалым условностям националистических догматов - догматов, время которых миновало и которые должны при естественном ходе событий, определяемых и управляемых Провидением, уступить дорогу новой вере, кардинально отличающейся от всего созданного в мире и бесконечно превосходящей все прежнее. Требуется ни много ни мало переустройство и демилитаризация всего цивилизованного мира - появится мир, органически единый во всех основных сферах жизни: политическом устройстве, духовных устремлениях, торговле и финансах, письменности и языке, - и в то же время бесконечно разнообразный по национальным особенностям составляющих его субъектов федерации.

Единение человечества является апогеем эволюции рода человеческого - эволюции, начавшейся с возникновения семьи, продолжавшейся с появлением родового устройства, приведшего в свою очередь к возникновению городов- полисов, а впоследствии и образованию независимых суверенных государств.

Провозглашенный Бахауллой принцип единства человечества звучит по существу как торжественное заверение в том, что теперешняя заключительная стадия этой грандиозной эволюции не только необходима, но и неизбежна, что час ее близок и что лишь силы Божественного происхождения способны осуществить ее приход...

Кто знает - для достижения такого высокого идеала не будет ли человечество подвергнуто страданиям, еще более тяжким, чем когда-либо прежде? Разве могло что-то, кроме пожара гражданской войны со всеми ее превратностями и всей ее жестокостью - войны, едва не расколовшей великую американскую республику, - сплотить ее штаты не просто в конфедерацию независимых административных единиц, а в единую нацию, при всей этнической неоднородности входящих в состав страны штатов? Возможность свершения подобных коренных преобразований, затрагивающих глубинные структуры общества, обычными средствами, такими как дипломатическая и просветительская деятельность, представляется весьма гипотетической. Стоит лишь окинуть мысленным взором кровавую историю человечества и станет ясно, что все те грандиозные перемены, которые становились величайшими вехами в истории человеческой цивилизации, доставались только ценой огромных духовных и физических мук.

Как бы велики и глубоки ни были в прошлом эти перемены, если рассматривать их под должным углом зрения, нельзя не признать их лишь второстепенными полумерами на пути к тем невиданного величия и масштабов преобразованиям, которые уготованы человечеству в нашу эпоху. Все более очевидным, увы, становится то, что лишь мирового масштаба потрясения могут привести к этой новой фазе человеческого мышления. Будущие события со все большей наглядностью будут демонстрировать истинность того, что слить и спаять разрозненные, не знающие согласия народы, являющиеся элементами современной цивилизации, и превратить их в неотъемлемые составные части будущего всемирного содружества, способны лишь суровые испытания - пламя неслыханного пожара.

Пророчества Бахауллы, предупреждавшего в заключительной части "Сокровенных Слов" народы мира о том, что их постигнет непредвиденное бедствие и что их ждет суровое возмездие, проливают зловещий свет на судьбу скорбящего человечества в ближайшем будущем. Ничто, кроме испытания огнем, из которого человечество выйдет очищенным и подготовленным, не сможет вселить чувство ответственности, которую должны взять на себя лидеры народившейся эпохи.

Я хочу еще раз обратить ваше внимание на грозные слова Бахауллы, которые я уже цитировал: "И когда придет назначенный час, неожиданно появится то, что приведет человечество в трепет..."

В заключение еще несколько слов. Провозглашение единства человечества - принципа, на котором зиждется Царствие Бахауллы, - никоим образом не сравнимо с теми высказываниями благочестивых пожеланий, которые делались в прошлом. Это не просто призыв ссыльного узника, одинокого и лишенного поддержки, бросившего вызов двум самым могущественным в то время монархам Востока, в чьих руках он находился. Здесь одновременно угадывается предупреждение и обещание: предупреждение о том, что это единственное средство спасения для раздираемого страданиями мира, и обещание, что спасение это не за горами.

Это было сказано в ту пору, когда никто и нигде в мире не помышлял всерьез о чем-либо подобном, но благодаря небесной силе, которую вдохнул в эти слова Дух Бахауллы, все большее количество проницательных людей в конце концов стало относиться к этой идее не только как к возможной перспективе, но и как к неизбежному следствию действия тех сил, активность которых наблюдается сейчас в мире.

Наш мир, ставший в результате удивительных достижений в области физики и глобального роста торговли и промышленности таким тесным пространством и одновременно таким сложным единым комплексом и бьющийся под давлением факторов мировой экономики в тенетах цивилизации, основанной на материализме, испытывает настоятельную необходимость вновь услышать Истину, лежащую в основе всех Откровений прошлого, но изложенную языком, отвечающим его основным потребностям. И чье же слово, если не слово Бахауллы - Глашатая Бога в нашу эпоху - способно осуществить столь же радикальное преобразование общества, сколь радикальны перемены, уже сотворенные Им в сердцах тех мужчин и женщин, таких разных и казалось бы несовместимых, которые составляют паству сознательных Его последователей во всем мире?

Мало кто может усомниться, что эта могущественная концепция быстро овладевает умами людей, что раздаются голоса в ее защиту и что ее главные черты в первую очередь должны выкристаллизоваться в сознании тех, кто правит. Не видеть того, что скромное начало ее осуществлению положено созданием всемирной административной системы, которой следуют приверженцы Бахауллы, могут лишь те, сердца которых заражены предрассудками...

Мало кто не согласится с тем, что Дух, явленный миру Бахауллой, и с разной силой проявляющийся в деяниях Его признанных приверженцев и косвенным образом в деятельности некоторых благотворительных организаций, не сможет распространиться и постоянно оказывать влияние на человечество, пока не воплотится (и только при условии такого воплощения) в осязаемую модель устройства общества, которая будет названа Его именем, будет полностью построена на Его принципах и будет действовать в соответствии с Его законами. Всякий, кто читал Его Книгу "Акдас", а также написанное позднее Завещание Абдул-Баха - документ, подтверждающий, дополняющий и взаимосвязывающий основные положения "Акдас", - не станет отрицать, что в них во всей полноте описаны элементы, необходимые для создания всемирного содружества бахаи. В соответствии с этими предопределенными свыше административными принципами и должно претворяться в жизнь Откровение Бахауллы - Ковчег спасения человечества. Из них должны проистечь все будущие блага, и на них обязательно должен будет опираться в конце концов непоколебимый авторитет Веры.

Ибо Бахаулла, как мы должны безоговорочно признать, не только наделил человечество новым духом возрождения. Он не только создал философское учение и сформулировал всеобъемлющие принципы, непревзойденные по убедительности, логичности и универсальности. Помимо этого, в отличие от Пророков прошлого, Он, а после Него и Абдул-Баха, ясно и определенно изложили свод Законов, основали ряд конкретных институтов и открыли принципы Боговдохновенного экономического устройства. Этим мерам суждено стать моделью будущего общества, главным средством установления Величайшего Мира и единственной основой единения человечества и провозглашения царства праведности и справедливости на земле...

Патриархам религии, создателям политических теорий, руководителям человеческих институтов, которые сейчас в изумлении и растерянности следят за крушением их идей и распадом созданного ими, следовало бы обратить свой взор на Откровение Бахауллы и задуматься над предусмотренным Его учением Миропорядком, который медленно и незримо возникает среди хаоса и суеты современной цивилизации. У них не должно быть сомнений или беспокойств относительно сущности, происхождения и истинности тех институтов, которые создают во всем мире сторонники этой Веры. Ибо все это заключено в самом учении, не подвергавшемся фальсификации или искажающему смысл вольному толкованию Слова Его непосвященными...

Те бурные силы, что так чудодейственно были вызваны к жизни двумя следовавшими друг за другом Явителями Божиими, сейчас, прямо у нас на глазах, заботами избранных попечителей широко распространившейся Веры постепенно обретают порядок и дисциплину. Из них с течением времени выкристаллизуются те институты, что будут признаны символом и гордостью эпохи, которую мы призваны открыть и своими деяниями обессмертить...

Было бы совершенно неверным пытаться сравнивать этот уникальный, данный свыше Миропорядок с любыми из тех разнообразных систем управления общественными институтами, которые рождены разумом человеческим в разные периоды истории. Сама такая попытка говорила бы о недостаточном благоговении перед совершенством деяний великого Создателя этого Миропорядка. А как можно не благоговеть, помня, что Миропорядок этот являет собой модель именно той Божественной цивилизации, установить которую на Земле предначертано всемогущему Закону Бахауллы? Всевозможные вечно изменяющиеся системы государственности, как прошлые, так и настоящие, как западного, так и восточного происхождения, не дают нужных критериев для оценки скрытых достоинств этой цивилизации или прочности ее устоев.

Сообщество бахаи будущего, костяком которого и является эта колоссальная по масштабам система административного устройства общества, будет уникальным явлением в истории не только политических институтов, но и любой из признанных мировых религий. Ни одна форма демократического правления, ни одна система самодержавия или диктатуры, как монархической, так и республиканской, ни одна чисто аристократическая общественная структура переходного типа, даже ни один признанный тип теократии, будь то иудейское государство или христианские государственные образования, имамат или халифат у мусульман - не являются аналогами и не сопоставимы с тем Миропорядком, что начертан искусной рукой совершенного Зодчего.

Эта недавно родившаяся модель административного устройства общества объединяет в своей структуре определенные элементы, которые обнаруживаются во всех трех признанных формах светского правления, но, не будучи простым подобием ни одной из них, избегает присущих им порочных черт. Этот Миропорядок олицетворяет собой гармонию, достичь которой доселе не удавалось ни одной из созданных человеком систем правления: слияние целительных истин, безусловно содержащихся во всех этих системах, без нарушения целостности Богом данных Заветов, на которых в конечном итоге и зиждется данный Миропорядок.

Административное устройство общества, предусматриваемое Верой Бахауллы, никоим образом не должно рассматриваться как чисто демократическое, поскольку в этом Откровении полностью отсутствует основополагающий принцип демократии, согласно которому мандат на руководство дает народ. Не следует забывать, что управляя делами общины, исполняя законоположения, служащие дополнением к законам, изложенным в "Китаб-и-Акдас", члены Всемирного Дома Справедливости, как ясно следует из высказываний Бахауллы, не несут ответственности перед теми, чьими представителями являются, и им не разрешено руководствоваться эмоциями, мнениями и даже убеждениями большинства верующих или тех, кто непосредственно избирает их. Они должны молитвенно следовать велению и голосу совести. Они могут и даже должны знакомиться с настроением общины, должны бесстрастно взвешивать все плюсы и минусы рассматриваемого дела, но обязаны оставлять за собой право ничем не обремененного решения. "Бог истинно подвигнет их на то, что Ему угодно", - таково неоспоримое утверждение Бахауллы. Таким образом, они, а не большинство тех, кто прямо или опосредованно их избирает, обязаны воспринимать Божественное наставление, являющееся одновременно и источником жизненной силы, и основным средством сохранения сего Откровения...

В то же время нельзя считать административное устройство бахаи суровой и жесткой системой абсолютно авторитарного типа или вольным подражанием какой бы то ни было форме абсолютистского теократического правления, вроде папства, имамата и им подобных, по той простой причине, что исключительное право принимать решения по вопросам, относительно которых в Писаниях бахаи отсутствуют конкретные рекомендации, возложено всецело на международный орган, избираемый приверженцами Бахауллы. Ни Хранитель Веры, ни один орган, за исключением Всемирного Дома Справедливости, не может узурпировать это жизненно важное полномочие или посягать на это священное право. Есть и другие признаки неавторитарности административного устройства бахаи, отражающие тенденции к использованию демократических методов управления: это отказ от института священнослужителей, а вместе с ним и от таинств крещения, причастия и исповеди; это существование законов, предусматривающих выборность всех местных, национальных и международных Домов Справедливости; это и полный отказ от епископской власти с присущими ей привилегиями, коррупцией и бюрократизмом.

Нельзя также смешивать этот Миропорядок, неотделимый от имени Бахауллы, с любой системой чисто аристократического правления ввиду того, что хотя в нем поддерживается принцип наследования, по которому Хранителю Веры вверяется обязанность толкования учения бахаи, с другой стороны, ее высший законодательный орган формируется путем прямых свободных выборов из числа верующих.

Хотя и нельзя сказать, что новое административное устройство бахаи построено по образцу любой из этих признанных систем правления, тем не менее, в рамках его гармонично слились те здоровые элементы, которые можно обнаружить в каждой из них. Наследственная власть, которую призван осуществлять Хранитель Веры, жизненно важные функции, выполняемые Всемирным Домом Справедливости, и конкретные законоположения, предусматривающие его избрание представителями общин верующих, - все это вместе взятое подчеркивает тот факт, что этот Богоявленный Порядок, который невозможно отождествить ни с одним из основных типов правления, приведенных в трудах Аристотеля, воплощает и сочетает со своими основополагающими духовными истинами те благотворные элементы, которые обнаруживаются в каждой из них. Поскольку это уникальное административное устройство категорически и навсегда исключает общеизвестные недостатки, присущие каждой из этих систем, сколько бы оно ни существовало и как бы широко ни распространялось, оно никогда не сможет перерасти в деспотизм любой разновидности или в олигархию любой формы или пострадать от демагогии, которая рано или поздно поражает аппарат всех созданных человеком и несовершенных по сути своей политических институтов...

Как ни значительны истоки этой могучей административной структуры и как ни уникальны ее черты, не менее замечательны те события, о которых можно сказать, что они стали провозвестниками ее рождения и знаменовали начальную стадию ее развития. Как разителен, как поучителен контраст между тем процессом постепенного и неуклонного укрепления, которым характеризуется рост его младенческой силы, и тем сокрушительным наступлением сил распада, которому подвергаются отжившие свой век как религиозные, так и светские институты современного общества!

Жизнеспособность, которую столь убедительно демонстрируют институты этого великого, этого постоянно растущего Миропорядка; преграды, которые преодолены огромным мужеством и твердой решимостью его руководителей; неиссякаемый энтузиазм, пламя которого не гаснет в сердцах учителей, распространяющих его по свету; высоты самопожертвования, проявляемого сейчас его активнейшими строителями; широта кругозора, надежда и уверенность, радость творчества, душевный покой, бескомпромиссная честность, примерная дисциплина, неослабное единство и солидарность, присущие убежденным защитникам этого Миропорядка; высокая способность присущего ему Духа вбирать в себя самые разнородные элементы, очищать их от любого рода предрассудков и включать их в свою структуру - таковы проявления силы, игнорировать которую вряд ли может разуверившееся и пребывающее в смятении общество.

Сравните эти яркие проявления духа, питающего сильное, полное жизни тело Веры Бахаи, с воплями и конвульсиями, безрассудством и тщеславием, ожесточенностью и предрассудками, злом и разрозненностью больного, погруженного в хаос мира. Посмотрите, каким страхом объяты вожди его и как страх этот парализует действия его ослепленных и ошеломленных государственных деятелей. Как отчаянна ненависть, присущая его народам, как неправедны их устремления, как ничтожны помыслы, как глубоко укоренилась в них подозрительность! Как тревожны презрение к законности, коррупция, безверие, разъедающие плоть и кровь пошатнувшейся цивилизации!

Не вправе ли мы рассматривать такой процесс прогрессирующего упадка, коварно вторгающегося во все сферы человеческой мысли и деятельности, как явное указание на то, что над миром занесена всемогущая длань Бахауллы? Не вправе ли мы рассматривать те знаменательные события, которые... с такой силой всколыхнули все континенты земли, как зловещие знаки, возвещающие одновременно о предсмертных судорогах распадающейся цивилизации и о муках рождения этого Миропорядка, Ковчега для спасения человечества, которому суждено возникнуть на ее руинах?

Контраст между нарастающими по мере становления Боговдохновенного Миропорядка проявлениями, с одной стороны силами прочного единения, а с другой - силами распада, которые поражают охваченное родовыми муками общество, столь же очевиден, сколь и поразителен. Как внутри сообщества бахаи, так и вне его, с каждым днем растут и множатся признаки и знамения, чудодейственным образом провозглашающие рождение этого Миропорядка, установление которого должно возвестить о наступлении Золотого Века Дела Божиего. Ни один беспристрастный наблюдатель не может больше не замечать их. Его не может ввести в заблуждение досадная неспешность, присущая становлению цивилизации, построить которую так стремятся последователи Бахауллы. Не могут его обмануть и эфемерные проявления вновь наступающего процветания, иногда способные, по-видимому, сдерживать разрушительное влияние тех хронических недугов, которым подвержены общественные институты эпохи упадка. Слишком многочисленны и разительны знамения времени, чтобы наблюдатель неверно истолковал их характер или преуменьшил их значимость. Если он будет справедлив в своих оценках, то в цепи событий, которые, с одной стороны, говорят о триумфальном становлении институтов, непосредственно связанных с Откровением Бахауллы, а с другой стороны, предвещают гибель тех держав и пределов, что пренебрегли этим Откровением или воспротивились ему, - может разглядеть свидетельства воздействия безграничной Воли Божией, очертания Его безупречного Плана для всего мира.

"Скоро, - говорит сам Бахаулла, - теперешний миропорядок будет упразднен, а вместо него будет развернут новый. Свидетельствую - Господь глаголет истину и ведает незримое".

"Именем Своим заверяю, - торжественно утверждает Он, - что грядет день, когда старое мироустройство прейдет, а на месте будет явлен новый Миропорядок. Господу воистину подвластно все". "Равновесие в мире, - поясняет Он, - нарушено ввиду мощного влияния этого Величайшего, этого нового Миропорядка. Благодаря этой уникальной, этой чудодейственной системе, подобных которой не доводилось лицезреть смертным, размеренная жизнь человечества преобразилась". "Уже различимы признаки потрясений и хаоса, - предупреждает Он народы мира, - ввиду того, что существующий порядок, как представляется, жалок и ущербен..."

Никакой механизм, который, возможно, еще будет создан общими усилиями человечества, если он не отвечает нормам, предлагаемым в Откровении Бахауллы, и противоречит возвышенным идеалам, заложенным в Его учении, не в состоянии будет даже дать надежду на достижение чего-то большего, нежели тот "Малый Мир", о котором говорил Основоположник Веры в своих трудах. "Коль скоро отказались вы от Величайшего Мира, - писал Он, укоряя царей и правителей земных, - не упустите хотя бы сей Малый Мир, способный еще хоть в какой-то мере улучшить ваше собственное положение и положение ваших подданных". Развивая мысль о Малом Мире, Он в той же Скрижали обращается к правителям земным с такими словами: "Признайте все, что вам не нужны вооружения в объемах, превышающих потребности защиты своих территорий и владений... Пребывайте в единении, о владыки земные, ибо тем самым угасите пламя раздоров между собой, и народы ваши обретут мир, если вы из тех, кто слышит и разумеет. А если один из вас поднимет меч на другого, ополчитесь все как один против него, ибо это будет лишь проявлением справедливости".

Величайший же Мир - Мир, который, по замыслу Бахауллы, неизбежно должен наступить вследствие духовного обновления рода человеческого и слияния всех его рас, верований, классов и народов, - не может покоиться на ином фундаменте и поддерживаться иными средствами, кроме ниспосланных свыше Заветов, подразумеваемых Миропорядком, который связан с Его святым именем. В Скрижали, явленной Им Королеве Виктории почти семьдесят 1 лет назад, предрекая этот Величайший Мир, Бахаулла провозгласил: "Предписанное Господом единственное и могущественнейшее средство исцеления мира - это единение всех народов в одном общем Деле, в одной общей Вере. Достичь этого можно лишь с помощью искусного, всемогущего и вдохновенного Целителя. Это, воистину, есть правда, а все остальное есть не что иное, как заблуждение..." "В нашу эпоху подобает всем людям, - призывает Он в другой Скрижали, - твердо уверовать в Высочайшее Имя Господне и достичь единства всего человечества. Ни в чем нет спасения, и негде искать укрытия, кроме как в Нем".

Откровение Бахауллы, важнейшее назначение которого не в чем ином, как в достижении этого органичного духовного единства всей совокупности наций, следует рассматривать, если не искажать его смысл, как свидетельство того, что появление его означает наступление эпохи объединенного рода человеческого. Его следует считать не просто очередным этапом духовного возрождения человечества, судьбы которого характеризуются вечным непостоянством, не только новым звеном в цепи Откровений и даже не кульминацией одного из периодических пророческих циклов, но скорее наступлением последней и наивысшей фазы грандиозной эволюции коллективного существования человека на нашей планете. Появление всемирного сообщества, осознание человеком своего статуса гражданина мира, основание всемирной цивилизации и культуры - а все это должно происходить одновременно с первыми шагами становления Золотого Века Эры Бахаи - по самой сути своей следует рассматривать в рамках жизни этой планеты как наивысшую, предельную форму организации человеческого общества, хотя человек как индивидуум будет - и неизбежно будет в силу осуществления таких условий - бесконечно развиваться и совершенствоваться.

Те мистические, во всем присутствующие, но не поддающиеся определению изменения, которые мы связываем с приходом зрелости, неминуемой в жизни человека и в развитии плода, имеют аналоги, если правильно толковать изречения Бахауллы, в эволюции форм организации человеческого общества. Рано или поздно стадии зрелости должно достичь и человечество в своей коллективной жизни, а это приведет к еще более поразительным явлениям в международной жизни и откроет перед родом человеческим такие возможности благосостояния, которые обеспечат на последующие века основной стимул, необходимый для выполнения им в конце концов своего высокого назначения...

Лишь те, кто готов связать явленное Бахауллой Откровение с осуществлением такой грандиозной эволюции в коллективной жизни всего рода человеческого, способны понять важность слов, которые Он счел уместным употребить, говоря о славе Дня обетованного и продолжительности Эры Бахаи. "Это День из Дней, - восклицает Он, - День прихода Его, Наивозлюбленнейшего, Которого в веках провозглашали чаянием людей". "Писания прошлых Откровений, - далее утверждает Он, - отдают дань восхищения этому величайшему Дню Божиему, который должен стать большим праздником. Благо тому, кто доживет до этого Дня и оценит его значение..."

Хотя человечеству уже явлено Откровение Бахауллы, Миропорядок, который должен возникнуть вследствие такого Откровения, пока еще не рожден. Хотя героическая эпоха Его Веры уже миновала, творческая энергия, высвобожденная этой эпохой еще не вылилась в форму того мирового сообщества, в котором со временем отразится и воссияет Его слава. Хотя уже возведен остов Его административного устройства и уже начался период становления Эры Бахаи, еще ждет своего часа то обетованное Царство, которое должно вызреть из семени Его институтов. Хотя Глас Его прозвучал и знамена Его Веры развиваются в более чем сорока странах 1 как Востока, так и Запада, принцип общности человечества еще не получил признания, единение еще не провозглашено, и стяг Его Величайшего Мира еще не реет...

Прежде чем будет явлена такая великая милость, человечеству предстоит пройти через великую смуту и тяжкие страдания. Хотя время начала осуществления Миссии, возложенной на Бахауллу, было блистательно, период, который должен миновать, прежде чем появятся великолепные плоды этой Миссии, неминуемо будет омрачен - и это становится все очевиднее - такими моральными и социальными бедами, без которых невозможно подготовить погрязшее в грехах человечество к той благодати, что ему суждено обрести.

Именно в такой период мы сейчас и вступаем, неуклонно и неотвратимо. Среди сгущающегося вокруг нас мрака едва различимы проблески неземной власти Бахауллы, вспыхивающие на горизонте истории. Нам, "поколению полутьмы", живущему в такое время, которое можно обозначить как период утробного развития предвиденного Бахауллой всемирного содружества, определена задача, почетность которой мы не в состоянии по- настоящему оценить, а трудности, связанные с осуществлением оной, лишь смутно представляем. Мы вправе полагать - мы, которым суждено испытать воздействие тех черных сил, что должны обрушить на мир поток кошмарных бедствий, - что самый мрачный час, который должен предшествовать заре Золотого Века нашей Веры, еще не пробил. Как ни мрачна тьма, уже окутавшая мир, невозможно даже представить себе мрак ужасных мучений, еще предстоящих миру. Мы стоим на пороге века, катаклизмы которого говорят как о предсмертных судорогах старого порядка, так и о родовых схватках, ведущих к новому. Благодаря животворному влиянию Веры, явленной Бахауллой, этот новый Миропорядок уже, можно сказать, зародился. Сейчас мы уже чувствуем, как зародыш шевелится во чреве века рождения его - века, ждущего назначенного часа, когда он избавится от бремени и принесет свой лучший плод.

"Вся земля ожидает сейчас, - пишет Бахаулла, - разрешения от бремени. Приближается день, когда принесет она превосходнейшие плоды, подарит величественнейшие деревья, прекраснейшие цветы и откроет взору небесные дары..."

"Глас Божий, - записано у Абдул-Баха, - прозвучав, вдохнул новую жизнь в тело рода человеческого и вселил новый дух во все мироздание. Вот почему мир всколыхнуло до основания, и сердца и совесть людей проснулись. Скоро станут явными признаки этого возрождения, и восстанут даже те, чей сон непробуден..."

Объединение всего человечества - это наивысший критерий той стадии развития, к которой приближается современное человеческое общество. Род человеческий стремился к единству семьи, племени, города-государства и наконец страны, и все это было последовательно осуществлено. Всемирное единение - вот та цель, к которой стремится измученное человечество. Создание наций закончено. Анархия, присущая государственному суверенитету, нарастает. Зрелому обществу пора перестать фетишизировать суверенитет, признать единство и целостность человечества и раз и навсегда установить механизм оптимального воплощения в жизнь этого основополагающего принципа своей жизни.

"В наш век у всех народов земли, - провозглашает Бахаулла, - пробиваются ростки новой жизни; никто, однако, не раскрыл ее истоков и не понял, в чем ее движущая сила". "О вы, сыны человеческие, - обращается Он к Своему поколению, - основная цель, одухотворяющая Веру Господа и Его религию, заключается в том, чтобы охранять интересы рода человеческого и укреплять единство его... Сие есть верная стезя и сие есть незыблемый фундамент. Что бы ни было воздвигнуто на этом фундаменте, никакие перемены и перипетии мира не в состоянии повлиять на его прочность, и никакой бесконечный ход столетий не может подорвать его основ". "Благосостояние человечества, - говорит Бахаулла, - его мир и безопасность достижимы лишь тогда, когда утвердится единство человечества, и лишь при условии такового единства". "Столь ярок свет единства, - далее свидетельствует Он, - что может осветить он всю землю. Единственный, Праведный, Всевидящий Бог Сам подтверждает истинность этих слов... Эта цель выше всех других целей, и это стремление - венец всех стремлений". "Он, ваш Господь Всемилостивый, - пишет Он далее, - лелеет в сердце своем желание увидеть весь род человеческий как единую душу и единое тело. Поспешите заслужить свою долю благодати и милости Божией в сей День, что затмит все другие дни мироздания".

Единство человеческого рода, предначертанное Бахауллой, подразумевает создание всемирного содружества, в котором все народы, расы, верования и классы будет тесно и навсегда объединены и в котором будут прочно и определенно гарантирована автономия входящих в его состав стран, а также личная свобода и инициатива индивидуума. Это содружество должно, насколько мы можем представить его себе, иметь всемирный законодательный орган, члены которого, являясь доверенными лицами всего человечества, будут иметь решающее слово в управлении всеми ресурсами входящих в его состав стран и будут принимать законы, необходимые для регулирования жизни, удовлетворения потребностей и улаживания отношений между всеми расами и народами. Всемирный орган исполнительной власти, с подчиненными ему международными вооруженными силами, будет выполнять решения и применять законы, принятые законодательным органом, и будет стоять на страже неразрывного единства всего содружества. Всемирный трибунал общим решением будет выносить окончательный и неукоснительно выполняемый приговор по всем конфликтам, которые могут возникнуть между различными элементами, образующими эту всемирную систему. Будет создан механизм эффективной международной связи, свободной от национальных помех и ограничений и действующей с поразительной скоростью и безотказной регулярностью.

Столица содружества будет служить нервным центром всемирной цивилизации, в фокусе которого будут сходиться жизненные силы единения, а расходиться из которого будет энергия благотворного влияния. Будет либо создан искусственный международный язык, либо один из существующих языков будет избран в качестве всемирного, который будет изучаться в дополнение к родному в школах всех стран, входящих в состав федерации. Единая для всего мира система письменности, всемирная литература, унифицированная система валюты, мер и весов - все это упростит и облегчит контакт и взаимопонимание между расами и народами Земли. В этом всемирном сообществе будет достигнуто согласие между наукой и религией, двумя самыми могущественными силами в жизни человечества, которые будут развиваться в сотрудничестве и гармонии. При такой системе пресса будет, с одной стороны, давать простор выражению самых разнообразных взглядов и убеждений, а с другой стороны, перестанет подвергаться злостному манипулированию со стороны сильных мира сего, будь то частные лица или общественные силы, и освободится от влияния враждующих стран или народов. Будет существовать организованное использование мирового экономического потенциала, источники сырья будут разрабатываться и полностью утилизироваться, будет координироваться и развиваться рыночная система, а распределение продукции будет регулироваться на основе равенства.