[Далее они утверждали] что в действительности Он исказил Святой Текст, вставив туда написанные Им Самим абзацы, и извратил цель и смысл некоторых самых весомых Скрижалей, явленных Пером Его Отца; и что, наконец, по причине такого поведения верующие на Востоке подняли стяг мятежа, что община преданных раскололась, быстро приходя в упадок, и обречена на исчезновение

Какое отступничество может быть страшнее, нежели нарушение Завета Божьего! Какое прегрешение может быть большим, нежели вставки в Священный Текст и искажение слов и стихов его, а о сем свидетельствовал и открыто заявлял мирза Бади‘у’ллах! Какое отступничество может быть большим, нежели клевета на само Средоточие Завета! Какое отступничество может быть более вопиющим, нежели распространение повсюду ложных и нелепых сведений о Храме Божьего Завета! Какое отступничество может быть более тяжким, нежели уготавливать Средоточию Завета смерть, что подтверждено святым стихом: “Тот, кто будет притязать на сие право до истечения тысячи лет...”, тогда как он (Мухаммад ‘Али) во дни Благословенной Красоты бесстыдно притязал на сие право и упомянутым выше образом был опровергнут Им; и поныне сохранился текст его [Мухаммада ‘Али] притязания, собственноручно написанный и скрепленный его печатью. Какое отступничество может быть полнее, чем ложные обвинения в адрес возлюбленных Богом! Какое отступничество может быть более злостным, нежели то, что приводит к их аресту и тюремному заключению! Какое отступничество может быть более жестоким, нежели вручать правительству Священные Писания и Послания, дабы побудить его (правительство) предать смерти сего гонимого! Какое отступничество может быть страшнее, нежели грозить гибелью Божьему Делу, подделывать и клеветнически искажать письма и документы, с тем чтобы возмутить и встревожить власти и привести к пролитию крови сего гонимого, — таковые письма и документы сейчас находятся в руках правительства! Какое отступничество может быть отвратительнее беззакония его и бунта! Какое отступничество может быть постыднее, нежели разгон собрания людей спасения! Какое отступничество может быть позорнее суетных и невнятных толкований сомневающихся! Какое отступничество может быть злонамереннее, нежели действовать сообща с чужаками и врагами Бога!

Хотя мятеж мирзы Мухаммада-Али привел к многим мрачным и печальным событиям, хотя его жестокие последствия в течение нескольких лет затмевали свет Завета, ставя под угрозу жизнь его назначенного Центра, смущая умы его сторонников на Востоке и Западе и замедляя их деятельность, однако весь этот эпизод, если его рассматривать в надлежащей перспективе, оказался не более и не менее чем одним из тех периодических кризисов, которые, начиная с основания Веры Бахауллы и на протяжении целого столетия, способствовал искоренению ее вредоносных элементов, укреплению ее основ, демонстрируя ее способность к восстановлению и высвобождению еще большей меры ее скрытых сил

Теперь, когда положения Божественно назначенного Завета с очевидностью были провозглашены; когда замысел этого Завета стал весьма ясным и его основы незыблемо утверждены в сердцах подавляющего большинства приверженцев Веры, и когда первым нападкам ее так называемых ниспровергателей был дан теперь успешный отпор, Дело, ради которого и был задуман этот Завет, может идти вперед по пути, указанном перстом его Автора

Прибытие пятнадцати паломников тремя следующими друг за другом группами, первая из которых, включая д-ра и г-жу Гетсингер, достигла города-тюрьмы Акки 10 декабря 1898 года; тесный личный контакт, установившийся между Центром Завета Бахауллы и недавно восставшими вестниками Его Откровения на Западе; трогательные обстоятельства, сопутствовавшие их посещению Его Гробницы, и великая честь, оказанная им, когда Сам Абдул-Баха проводил их в ее внутренний зал; тот дух, который наставлением и примером столь мощно вдохнул в них любящий и щедрый Хозяин, несмотря на краткость их визита; страстное рвение и несокрушимая решимость, которые возожгли в их сердцах Его вдохновенные увещевания, Его просветляющие указания и многочисленные свидетельства Его божественной любви, — все это ознаменовало начало новой эпохи в развитии Веры на Западе, эпохи, значимость которой была столь обильно продемонстрирована впоследствии деяниями нескольких из этих паломников и их друзей-учеников. Одна из этих паломниц, рассказывая о своих впечатлениях, написала: “От этой первой встречи я не запомнила ни радости, ни боли, ни чего-либо другого, чему можно дать название. Я внезапно вознеслась на высокие вершины, моя душа соприкоснулась с Божественным Духом, и эта сила, столь чистая, столь святая, столь могущественная, переполнила меня... Мы не могли оторвать глаз от Его славного лика; мы слышали все, что Он говорил; по Его приглашению мы пили чай с Ним; но бытие, казалось, приостановилось; и когда Он поднялся и вдруг покинул нас, мы с изумлением вновь вернулись к жизни, но никогда снова, о! никогда снова, слава Богу, не возвращались к прежней жизни на этой земле”. Та же паломница, вспоминая последнюю беседу, на которой присутствовала эта группа, членом которой она была, засвидетельствовала: “Под воздействием могущества и величия Его присутствия наш страх обратился в совершенную веру, слабость — в силу, наша печаль — в надежду, и в своей любви к Нему мы забыли самих себя. Когда все мы сели перед Ним, ожидая услышать Его слова, некоторые верующие горько зарыдали. Он велел им осушить слезы, но какое-то время они не могли сдерживать себя. Тогда Он снова попросил их ради Него Самого не рыдать, и сказал, что Он не будет ни говорить, ни учить нас до тех пор, пока эти слезы не иссякнут...

Затянувшиеся переговоры с хитрым и расчетливым владельцем строительного участка для будущего святого Здания, который под влиянием нарушителей Завета долгое время отказывался его продавать; непомерная цена, поначалу запрошенная для прокладки дороги, ведущей к этому участку, без которой невозможно было начинать работы; нескончаемые препятствия, чинимые официальными лицами высокого и низкого звания, что легко поддавались подозрениям, которые Сам Абдул-Баха вынужден был развеивать в бесчисленных объяснениях и уверениях; опасная ситуация, вызванная чудовищными обвинениями мирзы Мухаммада-Али и его приспешников относительно характера и назначения здания; задержки и трудности, вызванные продолжительным и вынужденным отсутствием Абдул-Баха в Хайфе, и вследствие этого Его неспособность лично руководить начатым Им обширным предприятием, — вот основные препятствия, с которыми Он столкнулся в столь критический период Своего пастырства и которые Он вынужден был преодолевать до тех пор, пока Он не смог осуществить во всей полноте План, обрисованный Ему Бахауллой по случаю одного из Его визитов на гору Кармель

Много раз слышали, как Он замечал: “Каждый камень сего здания, каждый камень дороги, ведущей к нему, Я с нескончаемыми потоками слез и по невероятно высокой цене поднимал и ставил на место”. Согласно свидетельству очевидца, однажды Он сказал: “Как-то ночью Я был столь охвачен Своими тревогами, что не находил никакого облегчения, кроме как в повторении снова и снова молитвы Баба, которая была у Меня и чтение которой сильно успокаивало Меня. На следующее утро пришел сам владелец участка, извинился и стал Меня упрашивать, чтобы Я приобрел его собственность”

Когда все было закончено, и земные останки Мученика-Пророка из Шираза были наконец помещены в место их вечного упокоения в сердце святой горы Господа, Абдул-Баха, сняв Свой тюрбан, ботинки и отбросив пальто, склонился над еще раскрытым саркофагом; Его серебряные волосы развевались вокруг Его головы, лицо Его преобразилось и посветлело, и, коснувшись лбом края деревянного гроба и громко всхлипывая, Он зарыдал таким рыданием, что все присутствовавшие зарыдали вместе с Ним. В ту ночь Он не мог спать, столь переполняли Его чувства

Величественные здания, стоящие вдоль Дуги, обозначенной Шоги Эффенди на склоне горы Господа, а также восхитительный взлет террас с садами, окружающих Усыпальницу Баба, служат внешним выражением огромной силы, оживляющей Дело, которому мы служим. Они представляют собой вечное свидетельство того факта, что последователи Бахауллы успешно заложили основу всемирной общины, преодолевшей все различия, что разделяют человеческую расу, и вызвали к существованию основные институты уникального и несравненного Административного Порядка, формирующего жизнь этой общины. Судя по преобразованиям, произошедшим на горе Кармель, Дело Бахаи предстает видимой и убедительной реальностью на мировой арене, центральной точкой тех сил, которые, в предназначенное Богом время, приведут к реорганизации общества, а также мистическим источником духовного обновления для всех, кто к нему обратится

Он, Кто, по Его собственным словам, вошел в тюрьму в юном возрасте, а покинул ее стариком, Кто никогда в жизни не выступал перед аудиторией, не посещал школы, не вращался в западных кругах и не был знаком с западными обычаями и языками, поднялся не только провозгласить с кафедры и возвышений в нескольких главных столицах Европы и ведущих городах Североамериканского континента отличительные истины, заключенные в Вере Его Отца, но также и продемонстрировать Божественное происхождение Пророков, приходивших до Него, и раскрыть природу связи, соединяющей их с этой Верой

Независимый поиск истины, не отягощенный предрассудками или традициями; единство всей человеческой расы, стержневой принцип и основополагающая доктрина Веры; принципиальное единство всех религий; отрицание всех форм предрассудков, религиозных, расовых, классовых или национальных; гармония, которая должна существовать между религией и наукой; равенство мужчин и женщин, — двух крыльев, на которых способна воспарить птица человечества; введение обязательного образования; принятие всемирного вспомогательного языка; ликвидация крайностей богатства и бедности; организация международного трибунала для примирения противоречий между народами; возвышение работы, совершаемой в духе служения, до уровня поклонения Богу; прославление справедливости как направляющего принципа в человеческом обществе, и религии как бастиона для защиты всех народов и наций; и установление постоянного и всеобщего мира в качестве верховной цели всего человечества, — все это выделяется как важные элементы того Божественного миропорядка, который Он провозгласил лидерам общественной мысли и народным массам в ходе этих миссионерских путешествий

…Я есть Завет, назначенный Бахауллой. И никто не смеет оспорить Его Слово. Это Завещание Бахауллы. Вы найдете его в Святой Книге Агдас. Идите вперед и провозгласите: “Это — Завет Бога средь вас”

Кто знает, какие мысли переполняли сердце Абдул-Баха, когда Он оказался в центре столь памятных событий? Кто знает, какие мысли владели Им, когда Он сидел за завтраком рядом с лорд-мэром Лондона или когда Ему оказывал необыкновенный прием сам хедив [правитель Египта] в своем дворце, или когда Он слышал возгласы “Аллах-у-Абха” и гимны благодарения и хвалы, что предваряли Его появление перед многочисленными и блестящими собраниями Своих горящих энтузиазмом последователей и друзей, организованными в многочисленных городах американского континента? Кто знает, какие воспоминания пробуждались в Нем, когда Он стоял перед оглушающими водами Ниагары, вдыхая свободный воздух далеких земель, или смотрел во время короткого и столь нужного отдыха на зеленые леса и сельскую местность в Гленвуд Спрингз, или проходил со свитой восточных верующих по тропинкам садов Трокадеро в Париже, или гулял в одиночестве вечером возле величественного Гудзона по Риверсайд драйв в Нью-Йорке, или прошагивался по террасе отеля дю Парк в Тонон-Ле-Бен на берегу Женевского озера, или когда Он взирал с моста Серпантин в Лондоне на жемчужную цепь огней под деревьями, простиравшуюся так далеко, как только может видеть глаз? Воспоминания о печали, о нищете, об обездоленных годах Его детства; воспоминания о Его матери, которая продавала золотые пуговицы, дабы накормить Его, Его брата и сестру, и которая была вынуждена в самые черные дни вкладывать в Его ладонь пригоршню сухой муки, чтобы заглушить Его голод; о Его детстве, когда толпа негодяев преследовала и высмеивала Его на улицах Тегерана; о сырой и мрачной комнате, где раньше был морг, которую Он занимал в казармах Акки, и о Своем заключении в темнице этого города, — подобные воспоминания несомненно обуревали Его разум. Должно быть, Он думал и о пленении Баба в горной крепости Азербайджана, когда по вечерам Ему отказывали даже в лампе, и о Его жестокой и трагической казни, когда сотни пуль изрешетили Его юную грудь. И превыше всего, Его мысли, конечно, были сосредоточены на Бахаулле, Кого Он столь страстно любил и Чьи испытания Он видел и разделял Сам с раннего детства. Кишащий паразитами Сийах-Чаль в Тегеране; бастинадо, учиненное Ему в Амуле; скромные подаяния, наполнявшие Его кашкуль, когда в течение двух лет Он жил дервишем в горах Курдистана; дни в Багдаде, когда у Него не было даже смены белья, а Его последователи питались горстью фиников; Его заключение за тюремными стенами Акки, когда в течение девяти лет Он был лишен возможности созерцать зелень, и публичное унижение, которому Он подвергся в правительственном здании этого города, — картины трагического прошлого подобные этим, должно быть, много раз переполняли Его смешанными чувствами благодарности и печали, когда Он видел множество знаков уважения, почтения и почета, выказываемых теперь Ему и той Вере, которую Он представлял. “О, Бахаулла! Что сделал Ты?” — такой возглас услышал от Него хроникер Его путешествий в тот вечер, когда Его быстро везли уже на третью встречу за день в Вашингтоне. — “О, Бахаулла! Пусть Моя жизнь будет принесена в жертву Тебе! О, Бахаулла! Пусть отдам Я душу свою ради Тебя! Сколь полны были дни Твои бедствиями и горестями! Сколь суровые испытания Ты претерпел! Сколь прочную основу Ты в конце концов заложил и сколь славен стяг, что Ты развернул”

Во Имя Бога, Милосердного, Милостивого. Восславим и возблагодарим Провидение, ибо из всех сущностей бытия избрал Он сущность человека, одарив ее разумом и мудростью — двумя ярчайшими светильниками в обоих мирах. Через сей великий дар в каждую эпоху повелевал Он отразиться в зеркале творения новым и удивительным формам. Если взглянем мы непредвзято на мир бытия, то станет очевидно, что из века в век храм мироздания вновь и вновь украшался новой благодатью и был отмечен непрестанно обновляющимся великолепием, проистекающим от мудрости и силы разума

Дело Бахауллы должно шагать к Китаю, Китаю, Китаю! Где тот святой, освященный бахаи, что станет учителем в Китае? В Китае заложен наивеличайший потенциал. Китайцы наиболее чистосердечны и стремятся найти истину. Учитель-бахаи в Китае должен вначале обрести их дух, познакомиться с их священными книгами, изучить их национальные обычаи, говорить с ними с их точки зрения и на их языке. Он не должен думать о себе, но всегда заботиться об их духовном благоденствии. В Китае можно обучить много душ, подготовить и воспитать такие духовные личности, каждая из которых может стать яркой свечой в человеческом мире. Воистину говорю Я, они свободны от обмана и лицемерия, и ими движут идеальные мотивы. Если б Я чувствовал себя хорошо, то сам бы предпринял путешествие в Китай…

…и, пройдя к столу в Своей комнате, выпил немного воды и снова лег. Позже Он попросил одну из двух Своих дочерей, оставшихся бодрствовать подле Него, приподнять занавеску, пожаловавшись, что Ему трудно дышать. Ему принесли немного розовой воды, которую Он выпил, после лег опять, а когда Ему предложили еды, отчетливо заметил: “Вы хотите, чтобы Я поел, когда Я ухожу?” Минутой позже Его дух отлетел к Своей вечной обители, наконец-то поднявшись к славе Его возлюбленного Отца и вкусив радости вечного воссоединения с Ним

Через Него был провозглашен, приведен к победе и утвержден Завет, это “превосходное и бесценное наследие”, завещанное Автором Откровения Бахаи. Силой, которой этот Божественный инструмент наделил Его, свет зарождающейся Веры Бога проник на Запад, распространился до островов Тихого океана и озарил пределы австралийского континента. Через Его личное посредничество это Послание, чей Носитель вкусил горечь пожизненного заключения, было разнесено вдаль и вширь, раскрыты его характер и замысел, впервые в его истории, перед воодушевленными и представительными собраниями в главных городах Европы и Североамериканского континента. Благодаря Его неустанному усердию святые останки Баба были, после пятидесяти лет сокрытия, безопасным образом перевезены на Святую Землю, где в подобающей манере навеки упокоены на том самом месте, которое определил для них Сам Бахаулла и освятил его Своим присутствием. По Его смелой инициативе первый Машрикул-Азкар мира бахаи был возведен в Центральной Азии, в русском Туркестане, в то время как при Его неослабном поощрении подобное предприятие еще больших размеров было начато, земля для него была торжественно открыта Им Самим в сердце Североамериканского континента. Через подкрепляющую милость, осенявшую Его с самого начала Его пастырства, Его царственный противник был повержен во прах, главный нарушитель Завета Его Отца был полностью искоренен, и опасность, грозившая сердцу Веры с тех еще пор, как Бахауллу изгнали в Турцию, была окончательно устранена. По Его указаниям и в соответствии с принципами и законами, предписанными Его Отцом, были сформированы и установлены зачатки институтов, возвестившие официальную инаугурацию Административного Порядка, который должен был быть установлен после его вознесения. Его неустанными трудами, как отражено в сочиненных Им трактатах, тысячах явленных Им Скрижалей, проведенных им дискурсах, молитвах, стихах и комментариях, оставленных Им потомству, большей частью на персидском, некоторые на арабском и небольшое количество на турецком, законы и принципы, образующие самую сердцевину Откровения

Его Отца, были прояснены, его основные принципы утверждены вновь и истолкованы, применение его доктрин было подробно разъяснено, а действенность и необходимость его истин полностью и всенародно продемонстрированы. Через реченные Им предостережения не внемлющее человечество, погруженное в материализм и забывшее о своем Боге, было уведомлено об опасностях, грозящих разрушить его упорядоченную жизнь, и ему пришлось претерпеть по причине его упорствования, первый шок того переворота, который продолжает до сего дня сотрясать основания человеческого общества. И, наконец, благодаря мандату, который Он определил для доблестной общины, объединенные достижения ее членов пролили столь впечатляющий блеск на анналы Его Собственного пастырства; Он привел в движение План, который вскоре после его официального запуска помог открыть для Веры австралийский континент, а позже способствовал завоеванию сердца новообращенной Царственной особы, принявшей Дело Его Отца, и который сегодня неодолимым развертыванием своих возможностей столь восхитительно пробуждает духовную жизнь всех республик Латинской Америки, что стало надлежащим завершение истории всего столетия

Документ, утверждающий этот Порядок, Хартия будущей мировой цивилизации, который в отдельных своих чертах может рассматриваться как дополнение к столь весомой Книге как Китаб-и-Агдас; подписанный и запечатанный Абдул-Баха; полностью написанный Им собственноручно; первая часть которого составлена в самый мрачный период Его заключения в крепости-тюрьме Акке, провозглашает категорично и недвусмысленно основополагающие убеждения последователей Веры Бахауллы; раскрывает безошибочным языком двуединый характер Миссии Баба; являет полное положение Автора Откровения Бахаи; утверждает, что “все остальные лишь слуги Его и следуют Его велению”; подчеркивает важность Китаб-и-Агдас; учреждает институт Хранительства как наследственную должность и описывает его основные черты; вводит меры для избрания Международного Дома Справедливости, определяет его черты и объясняет его связь с тем Институтом; предписывает обязанности и подчеркивает ответственность Десниц Дела Бога; и превозносит достоинства нерушимого Завета, установленного Бахауллой. Далее в этом Документе восхваляется мужество и постоянство сторонников Завета Бахауллы; говорится о страданиях его назначенного Центра; вспоминается постыдное поведение мирзы Йахйа и его неспособность внять предупреждениям Баба; раскрывается в серии обвинительных актов вероломство и мятеж мирзы Мухаммада-Али и соучастие его сына Шуауллы и его брата мирзы Бадиуллы; повторно утверждается их отлучение и предрекается крах всех их надежд; звучит призыв к Афнанам (родственникам Баба), Десницам Дела и всему собранию последователей Бахауллы восстать в едином порыве для распространения Его Веры, разъехаться вдаль и вширь, неустанно работать и следовать героическому примеру Апостолов Иисуса Христа; они предостерегаются об опасности связи с нарушителями Завета и им повелевается защищать Дело от нападок неискренних и лицемерных; и им советуется показывать своим поведением универсальность Веры, которую они приняли, и утверждать ее высокие принципы. В том же Документе его Автор раскрывает важность и назначение Хукукулла (Право Бога), уже утвержденного в Китаб-и-Агдас; предписывает покорность и верность всем справедливым монархам; выражает Свое стремление к мученичеству и возносит молитвы о покаянии и о прощении Его врагов

О мои любящие друзья! После кончины сего гонимого надлежит Агсанам (Ветвям), Афнанам (Побегам) Священного Древа Лотос, Десницам (столпам) Дела Божьего и возлюбленным Красоты Абха обратиться к Шоги Эффенди — младой ветви, что отпочковалась от двух чтимых и священных Древ Лотосов, и плоду, что произрос из союза двух побегов Древа Святости, — ибо он есть знак Божий, избранная ветвь, Хранитель Дела Божьего, к коему должны обратиться все Агсаны, Афнаны, Десницы Дела Бога и возлюбленные Его. Он — разъяснитель слов Божьих, а преемником его станет первенец из его потомков по прямой линии

Всякая хвала да будет Тому, Кто Щитом Своего Завета оградил Храм Дела Своего от стрел сомнения; Кто Воинствами Завещания Своего сохранил Святилище Своего Наимилосерднейшего Закона и уберег Свою Прямую и Светоносную Стезю, сдерживая сим натиск горстки нарушителей Завета, что покусились низвергнуть Его Божественное Здание. Всякая хвала Тому, Кто защитил Свою Могучую Твердыню и Всеславную Веру чрез помощь людей, коих не может запятнать клевета хулителей; коих никакое мирское призвание, слава и власть не способны отвратить от Завета Бога и Его Завещания, твердо установленного Его ясными и недвусмысленными словами, что начертаны и явлены Его Всеславным Пером и запечатлены в Хранимой Скрижали. Честь и слава, благословение и хвала да пребудут на основной ветви Божественного и Священного Древа Лотос — благословенной, нежной, зеленеющей и цветущей,— что произросла от Четы Святых Дерев; на чудеснейшей, неповторимой и бесценной жемчужине, что зародилась от Четы вздымающихся морей; на побегах Древа Святости, ростках Древа Небесного, — тех, что в День Великого Разделения остались стойкими и твердыми в Завете; на Десницах (столпах) Дела Божьего, что разнесли по свету Божественные Благоухания, провозгласили Его Доказательства, возвестили Его Веру и обнародовали Его Закон, отрешились ото всего, помимо Него, выступили за праведность в сем мире и зажгли Огонь Любви Бога в сердцах и душах Его слуг; на тех, кто, уверовал в Его Завет, не сомневается в нем, неколебимо держится его и последует за Светочем, который после ухода моего воссияет от Зари Божественного Водительства,— ибо узри! — он и есть благословенный и священный побег, что ответвился от Четы Святых Дерев. Благо тому, кто ищет прибежища под его сенью, объявшей все человечество

О вы, возлюбленные Господа! Хранителю Дела Божьего надлежит при жизни назначить того, кто станет его преемником, дабы после его кончины не возникло разногласий. Преемник сей должен являть собою отрешенность от всего мирского, должен быть самой сутью чистоты, должен отличаться богобоязненностью, знаниями, мудростью и ученостью. Посему, если первенец Хранителя Дела Божьего не подтвердит собою справедливость слов: “В ребенке сокрыта сущность отца его”, иначе говоря, если он не унаследует его (Хранителя Дела Божьего) духовного начала, если с его славным происхождением не будет сочетаться столь же прекрасный характер, — тогда он (Хранитель Дела Божьего) должен предпочесть иную ветвь в преемники. Десницы Дела Божьего должны избрать из своего числа девять человек, которые посвятят всё свое время важному служению деятельности Хранителя

Дела Божьего. Сии девять должны быть выбраны либо единогласно, либо большинством собрания Десниц Дела Божьего, а тем, в свою очередь, надлежит единогласно либо большинством голосов одобрить выбор того, кого Хранитель Дела Божьего избрал своим преемником. Сие одобрение должно быть выражено таким образом, чтобы голоса согласных и несогласных остались неизвестными (то есть тайным голосованием)

Баб, Возвышенный, есть Утро Истины, великолепие Чьего света сияет во все края. Он также есть Вестник Наивеличайшего Света, Светоча Абха. Благословенная Красота — Тот, Кто был Обетован в святых книгах прошлого, явление Источника света, что воссиял на горе Синай, Чье пламя возожглось посреди Неопалимой Купины. Мы все до единого, слуги Их порога, и все стоим, как смиренные стражи у Их двери. Намерение мое таково: чтобы до прошествия тысячи лет ни у кого не было права изречь ни единого слова, тем более притязая на положение Хранительства. Наисвятая Книга — это книга, к которой должны обращаться все народы, и в ней были явлены Законы Бога. Законы, не упомянутые в Книге, должны быть переданы на решение Всемирному Дому Справедливости

Священная младая ветвь, Хранитель Дела Божьего, а также Всемирный Дом Справедливости, который повсеместным голосованием должен быть избран и учрежден,— оба находятся под покровительством и защитой Красоты Абха, под сенью и непогрешимым руководством Возвышенного (да будет жизнь моя принесена в жертву за них обоих). Что бы ни решили они — то от Бога. Всякий, кто не повинуется ему или не повинуется им,— не повинуется Богу; всякий, кто восстает против него и против них,— восстает против Бога; всякий, кто противится ему,— противится Богу; всякий, кто соперничает с ним,— соперничает с Богом; всякий, кто спорит с ним,— спорит с Богом; всякий, кто отрицает его,— отрицает Бога; всякий, кто не верит в него,— не верит в Бога; всякий, кто отступает от него, отдаляется и отворачивается от него,— тот поистине отступает, отдаляется и отворачивается от Бога. Да постигнет того гнев, ярость и возмездие Божье! Могучая твердыня останется неприступной и целой чрез повиновение тому, кто есть Хранитель Дела Божьего. Всем членам Дома Справедливости, Агсанам, Афнанам, Десницам Дела Божьего надлежит проявлять повиновение, покорность и подчинение Хранителю Дела Божьего, обращаться к нему и смиряться пред ним. Кто же противится ему — противится Богу Истинному, наносит урон Делу Бога, ниспровергает Слово Его и становится проявлением Средоточия Смуты. Берегитесь, берегитесь, дабы не повторились дни, последовавшие за вознесением (Бахауллы), когда Средоточие Смуты возомнил о себе и восстал и, прикрываясь словами о Божественном Единстве, обделил себя, а других встревожил и отравил их души. Несомненно, ни один честолюбец, замышляющий вражду и раскол, не станет открыто объявлять о своем злом умысле — нет, скорее он, как примесь в злате, прибегнет к разнообразным ухищрениям и уловкам, дабы посеять раздор среди людей Баха. Намерение мое — указать, что Десницы Дела Божьего всегда должны быть настороже, и лишь заметят они, как кто-нибудь начинает противодействовать и прекословить Хранителю Дела Божьего, надлежит им изгнать его из собрания людей Баха и никоим образом не внимать каким-либо его оправданиям. Сколь часто прискорбный грех рядился в одеяние истины, дабы заронить семена сомнения в сердца людей!

О вы, верные возлюбленные Абдул-Баха! Надлежит вам проявлять величайшую заботу о Шоги Эффенди — побеге, что ответвился от двух освященных Божественных Дерев Лотосов; плоде, дарованном ими,— дабы тень уныния и печали не омрачала его лучезарную сущность, дабы с каждым днем становился он всё более счастливым, радостным и одухотворенным и рос, превращаясь в плодоносное древо. Поскольку он, после Абдул-Баха, есть Хранитель Дела Божьего, то Афнаны, Десницы (столпы) Дела и возлюбленные Господа должны ему подчиняться и обращаться к нему. Кто не повинуется ему — не повинуется Богу, кто отвернется от Него — отвернется от Бога, а кто отвергнет его — отвергнет Истинного. Остерегайтесь, дабы никто не истолковал ложно сии слова и не уподобился тем, что после Дня Вознесения (Бахауллы) нарушили Завет под надуманным предлогом, подняли знамя мятежа, возупорствовали и распахнули дверь для превратного толкования. Никто не вправе выдвигать собственное суждение или выражать свои частные взгляды. За советом и руководством все должны обращаться к Средоточию Дела и к Дому Справедливости. Тот же, кто обращается к чему-либо иному, воистину пребывает в прискорбном заблуждении

А теперь о Доме Справедливости, который Бог предписал как источник всего благого и непогрешимого: он должен избираться на основе всеобщего избирательного права, а именно верующими. Члены Дома Справедливости должны быть воплощениями страха Божьего, рассветами знания и понимания, должны быть непоколебимыми в вере Божьей и радеть обо всем человечестве. Под сим Домом подразумевается Всемирный Дом Справедливости, а значит во всех странах должны быть учреждены Дома Справедливости второй ступени, и эти Дома Справедливости второй ступени должны избирать членов Всемирного Дома Справедливости. Сему совету должны передаваться на рассмотрение все дела. Он вводит законоположения и предписания, которые явно не представлены в Святом Тексте. Это собрание должно решать все трудные вопросы, а Хранитель Дела Божьего — его священный глава и пожизненный почетный член сего совета. Если Хранитель не сможет лично присутствовать на заседаниях, он должен назначить своего представителя. Если же кто-то из членов [Всемирного Дома Справедливости] совершит грех, наносящий вред общему благу, Хранитель Дела Божьего вправе по своему усмотрению исключить его, и тогда люди вместо него должны избрать другого. Сей Дом Справедливости принимает законы, а правительство проводит их в жизнь. Законодательный орган должен усиливать исполнительную власть, а та должна помогать и содействовать законодательному органу, чтобы через союз и согласие этих двух сил укрепились и упрочились основы беспристрастности и справедливости, чтобы все страны уподобились самому Раю

Сему органу должны передаваться на рассмотрение все дела. Он вводит законоположения и предписания, которые явно не представлены в Святом Тексте. Этот орган должен решать все трудные вопросы…

Сей стих, записанный ныне Пером Славы, считается частью Наисвятой Книги: “На мужей Божиего Дома Справедливости возлагается ответственность за дела человеков. Воистину, они суть Доверенные Бога среди слуг Его и утренние зори правления в Его странах”. О народ Божий! Мир воспитуется Справедливостью, ибо она зиждется на двух столпах — вознаграждении и наказании. Два столпа сии суть источники жизни для мира. Поскольку у всякого дня — своя забота, а для всякой заботы есть надлежащее решение, подобные дела вверяются Дому Справедливости, дабы члены его поступали согласно нуждам и потребностям времени. Те, что ради Бога поднимаются на служение Делу Его, суть восприемники божественного вдохновения из незримого Царства. Всякому надлежит повиноваться им. Все дела государства следует передавать Дому Справедливости, акты же поклонение Богу должны совершаться в согласии с тем, что Бог открыл в Своей Книге

Мы увещеваем мужей Дома Справедливости и повелеваем им обеспечить защиту и охрану мужчин, женщин и детей. Им надлежит изо всех сил заботиться об интересах людей во все времена и при любых условиях

Доверенным Дома Справедливости надлежит держать совет в отношении того, что не было до конца явлено в Книге, и проводить в жизнь принятые решения. Бог воистину вдохновит их на то, что Ему угодно, и Он, поистине, есть Оделяющий, Всезнающий

Всем надлежит обращаться к Наисвятой Книге, а всё, что не записано в ней явно, должно передаваться на рассмотрение Всемирного Дома Справедливости. Постановление, вынесенное сим органом единогласно или большинством голосов, есть несомненная истина и воля Самого Бога

Сим членам (Всемирного Дома Справедливости) надлежит собираться в определенном месте и обсуждать все трудности, которые вызвали разногласия, все вопросы, какие представляются неясными, и все положения, что явно не записаны в Книге. Любое принятое ими решение равнозначно самому Тексту. И поскольку сей Дом Справедливости полномочен вводить в действие законы, которые явно не записаны в Книге и касаются повседневной жизни, он также вправе отменять их. Так, например, сегодня Дом Справедливости принимает какой-то закон и проводит его в жизнь, а сто лет спустя, если положение дел и обстановка коренным образом преобразятся, очередной Дом Справедливости будет властен изменить сей закон сообразно требованиям времени. Он наделен сим правом, ибо сей закон не есть часть Божественного Явного Текста. Дом Справедливости может как учреждать, так и отменять собственные законы

Поскольку у всякого дня — своя забота, а для всякой заботы есть надлежащее решение, подобные дела вверяются Дому Справедливости, дабы члены его поступали согласно нуждам и потребностям времени. Те, что во имя Бога поднимаются на служение Делу Его, суть восприемники Божественного вдохновения из незримого Царства. Всякому надлежит повиноваться им. Все дела государства следует передавать в ведение Дома Справедливости, поклонение же Богу должно совершаться в согласии с тем, что Он открыл в Своей Книге

Этим членам (Всемирного Дома Справедливости) надлежит собираться в определенном месте и обсуждать все проблемы, по которым возникли разногласия, все вопросы, представляющиеся неясными, и все положения, в явном виде не сформулированные в Книге. Любое принятое ими решение равнозначно самому Тексту. И поскольку Дом Справедливости полномочен проводить в жизнь законы, которые не сформулированы в Книге в явном виде, а также заниматься текущими делами, он обладает еще и полномочиями отменять свои постановления. Так, например, сегодня Дом Справедливости принимает какой-то закон и претворяет его в жизнь, а сто лет спустя, если обстоятельства и условия коренным образом изменятся, новый состав Дома Справедливости будет вправе изменить этот закон в соответствии с требованиями времени. Это возможно потому, что таковой закон не является частью явного Божественного Текста. Дому Справедливости может как устанавливать, так и отменять собственные законы

Важнейшие вопросы, составляющие основу Закона Божиего, ясно записаны в Книге, тогда как второстепенные законы оставлены на усмотрение Дома Справедливости. Мудрость сего заключается в том, что каждая эпоха отлична от другой, ибо изменение есть необходимое свойство и неотъемлемый признак сего мира, а также времени и пространства. Поэтому Дом Справедливости и будет действовать соответственно условиям времени… Говоря кратко, в этом и состоит мудрость того, что общественные законы отданы на усмотрение Дома Справедливости. Так и в Исламе далеко не всякое уложение было представлено в явном виде, напротив — в Тексте содержалась едва ли десятая от их десятой части; и хотя по всем важнейшим вопросам были даны конкретные указания, тысячи законов, несомненно, остались без разъяснений. В последующие века они разрабатывались богословами в соответствии с установлениями исламского закона, при этом отдельные богословы на основании первоначально открытых уложений делали выводы, которые противоречили друг другу. И все они получали силу закона. Ныне право делать выводы принадлежит Дому Справедливости, выводы же и заключения отдельных ученых не имеют силы, если они не утверждены Домом Справедливости. Различие состоим именно в том, что выводы и утверждения Дома Справедливости как единого органа, члены которого избраны мировым сообществом Бахаи и известны ему, не приведут к разногласиям, тогда как утверждения отдельных богословов и ученых неизбежно вызвали бы споры, ведущие к расколу, разделению и распаду. Тогда нарушилась бы целостность Слова, исчезло единство Веры и пошатнулось само здание Веры Божией всякий, кто противится ему,— противится Богу; всякий, кто соперничает с ним,— соперничает с Богом…

Никто не вправе выдвигать собственное суждение или выражать свои частные взгляды. За советом и руководством все должны обращаться к Средоточию Дела и к Дому Справедливости. Тот же, кто обращается к чемулибо иному, воистину пребывает в прискорбном заблуждении

Не нужно думать, что Дом Справедливости будет принимать какое-либо решение согласно своим собственными представлениям и мнениям. Боже упаси! Верховный Дом Справедливости будет принимать решения и устанавливать законы через вдохновение и подтверждение Святого Духа, ибо он охраняем и находится под сенью и защитой Предвечной Красоты, и повиновение его решениям — непреложный и жизненно важный долг и абсолютная обязанность, и никто не может сего избежать. Скажи: О люди, воистину, Верховный Дом Справедливости находится под крылами вашего Господа, Милосердного, Всемилостивого, то есть, под Его защитой, Его заботой и Его сенью, ибо Он заповедал стойким верующим подчиняться сему благословенному, освященному и всепокоряющему органу, чье владычество божественно предписано и от Царствия Божиего и чьи законы вдохновлены и духовны

Остерегайтесь, остерегайтесь, дабы никто не сотворил раскола и не поднял мятежа. Когда возникнут разногласия во мнениях, Верховный Дом Справедливости должен незамедлительно разрешить проблемы. Каким бы ни было его решение, принятое большинством голосов, сие будет несомненная истина, ибо сей Дом находится под защитой, безошибочным водительством и заботой единого истинного Господа. Он охранит его от ошибки и защитит под сенью Своей святости и непогрешимости. Тот, кто противится ему, будет отсечен и в конечном итоге побежден

О горячо любимые друзья! Ныне я в великой опасности и не надеюсь, что проживу хотя бы час. Посему вынужден я написать сии строки, дабы защитить Дело Бога, сохранить Его Закон, оградить Его Слово и обезопасить

Учение Его. Клянусь Предвечной Красотою! Сей гонимый отнюдь не таил обиды и не держал зла на кого-либо; ни к кому не питает он неприязни и ни слова не молвит, кроме как во благо мира. Однако высший мой долг велит мне, по необходимости, защищать и хранить Дело Божье. Посему, с величайшим сожалением, увещеваю вас такими словами: “Берегите Дело Бога, защищайте Его закон и больше всего бойтесь разногласий. Вот краеугольный камень веры людей Баха (да будет жизнь моя отдана за них): «Его Святость, Возвышенный (Баб) — Явление единства и единственности Бога и Предтеча Предвечной Красоты. Его Святость Красота Абха (да будет жизнь моя принесена в жертву за Его стойких друзей) есть высшее Явление Бога и Восход Его Наисвященной Сущности. Все остальные суть слуги Его и выполняют Его волю». Всем надлежит обращаться к Наисвятой Книге, а всё, что не записано в ней явно, должно передаваться на рассмотрение Всемирного Дома Справедливости. Постановление, вынесенное сим органом единогласно или большинством голосов, есть несомненная Истина и Воля Самого Бога. Отступающий же от сего воистину из тех, кто возлюбил разлад, кто явил злонамеренность и отвернулся от Господа Завета. Под Домом сим подразумевается Всемирный Дом Справедливости, который должен избираться от всех стран, иначе говоря, от тех краев Запада и Востока, где можно найти возлюбленных [Господа]; а выборы должны проводиться таким образом, как сие обычно происходит в западных странах, например, в Англии”

Свет и слава, почтение и хвала Десницам Дела Его, чрез коих воссиял свет стойкости и утвердилась истина о том, что право выбора принадлежит Богу, Владычному, Могучему, Неограниченному; чрез коих вздымается океан щедрот и повсюду разносятся ароматы милостивого благоволения Божьего

О друзья! Десниц Дела Божьего должен предлагать и назначать Хранитель Дела Божьего. Всем надлежит пребывать под его сенью и повиноваться его велениям. Случись так, что кто-то из окружения Десниц Дела Божьего или извне ослушается и устремится к расколу, — постигнет того гнев Бога и месть Его, ибо нанесет он урон истинной Вере Божьей. Распространять Божественное Благоухание, наставлять души человеческие, способствовать просвещению, улучшать нравы всех людей и быть во всякое время и при любых обстоятельствах освященными и отрешенными от всего земного — вот обязанности Десниц Дела Божьего. Поведением своим, манерами, делами и словами должны они являть страх Божий. Все Десницы Дела Божьего находятся под руководством Хранителя Дела Божьего. Он должен постоянно побуждать их к тому, чтобы они стремились не жалея сил распространять сладостные ароматы Божьи и направлять все народы мира, ибо именно благодаря свету Божественного Водительства освещается вся Вселенная. Никоим образом не дозволительно хоть на миг пренебречь сим непреложным повелением, кое обязательно для каждого, — дабы мир сущий уподобился Раю Абха, дабы твердь земная стала твердью небесной, дабы распри и раздоры между народами, племенами, нациями и государствами исчезли, дабы все жители земли стали одним народом и единой семьей, а мир — единым домом…

Несомненно, ни один честолюбец, замышляющий вражду и раскол, не станет открыто объявлять о своем злом умысле — нет, скорее он, как примесь в злате, прибегнет к разнообразным ухищрениям и уловкам, дабы посеять раздор среди людей Баха. Намерение мое — указать, что Десницы Дела

Божьего всегда должны быть настороже, и лишь заметят они, как кто-нибудь начинает противодействовать и прекословить Хранителю Дела Божьего, надлежит им изгнать его из собрания людей Баха и никоим образом не внимать каким-либо его оправданиям. Сколь часто прискорбный грех рядился в одеяние истины, дабы заронить семена сомнения в сердца людей!

О вы, возлюбленные Господа! Величайшее из всех деяний — защита Истинной Веры Бога, сохранение Его Закона, упрочение Его Дела и служение Слову Его. Десять тысяч душ пролили на сей стезе потоки святой крови своей, принесли в жертву Ему драгоценные жизни свои; объятые священным восторгом, поспешили они к славному поприщу мученичества, подняли Стяг Веры Божьей и живительной кровью своей вписали в Скрижаль мира стихи Его Господнего Единства. Божественная грудь Его Святости, Возвышенного (да будет жизнь моя принесена в жертву Ему), стала мишенью для многих стрел разящих, а в Мазендаране благословенные стопы Красоты Абха (да будет жизнь моя принесена в жертву за возлюбленных Его) были столь жестоко избиты палкой, что превратились в раны кровоточащие. Также шею Его заковали в цепи и надели на ноги колодки. Ежечасно, в течение пятидесяти лет, на Его долю выпадали всё новые испытания и лишения, всё новые беды и горести. Упомянем лишь о том, что, подвергнутый гонениям, Он сделался бездомным скитальцем и стал жертвой еще более жестоких мук и несчастий. В Ираке Дневное Светило мира претерпело такое коварство от злобных людей, что затмилось Его великолепие. Позже Его сослали в Великий Град (Константинополь), а оттуда — в Землю Тайны (Адрианополь), откуда, по прискорбной несправедливости, Его перевели в конце концов в Величайшую Темницу (Акку). Четыре раза изгоняли из города в город Того, с Кем мир обошелся несправедливо (да будет жизнь моя принесена в жертву за возлюбленных Его), пока наконец Его, приговоренного к пожизненному заключению, не бросили в сию тюрьму, острог для разбойников с большой дороги, грабителей и убийц. Всё это лишь одно из череды испытаний, что обрушились на Благословенную Красоту, остальные не менее тяжкие. Другим испытанием для Hего стали враждебность, вопиющая несправедливость, беззаконие и бунт мирзы Йахйа. Хотя сей Гонимый, сей Узник бережно пестовал его, лелеял с ранних лет, каждую минуту одаряя его Своей нежной заботой, возвышая имя его, защищая от всяких невзгод, внушая обитателям мира сего и грядущего любовь к нему; несмотря на настойчивые увещания и советы Его Святости, Возвышенного (Баба), и Его недвусмысленное и убедительное предостережение: “Берегись, берегись, дабы Девятнадцать Букв Живого и то, что явлено в Байане, не стали завесой для тебя!” — невзирая на всё это, мирза Йахйа отверг Его [Бахауллу], поступил с Ним вероломно, не поверил Ему, посеял семена сомнения, закрыл глаза на Его ясные стихи и отвернулся от них. Но если бы он удовольствовался хоть этим! Нет, он даже предпринял попытку пролить священную кровь (Бахауллы), а затем вызвал вокруг себя сильный ропот и волнения, приписывая Бахаулле злопыхательство и жестокость по отношению к нему. Какую смуту учинил мирза Йахйа и какую бурю бед он поднял, находясь в Краю Тайны (Адрианополе)! Наконец, он содеял такое, из-за чего Дневное Светило мира выслали в сию Величайшую Темницу, где с Ним обошлись крайне несправедливо, на западе которой Оно и закатилось. О вы, кто твердо и непоколебимо держится Завета! Мирза Мухаммад ‘Али, Средоточие Смуты и Главный Зачинщик зла, вышел из-под сени Дела; нарушил Завет; исказил Священный Текст; нанес тяжкий урон истинной Вере Бога; разобщил Его народ; охваченный жгучей ненавистью, тщился навредить Абдул-Баха и яростно нападал на сего слугу Святого Порога. Мирза Мухаммад ‘Али не пренебрег ни единой возможностью, чтобы выпустить стрелу и пронзить ею грудь сего гонимого слуги, всегда он был наготове нанести мне жестокую рану, не жалел яда, дабы отравить жизнь сему несчастному. Клянусь пресвятой Красотой Абха и Светом, излучаемым Его Святостью, Возвышенным (да будет жизнь моя принесена в жертву за Их смиренных слуг), что из-за сего беззакония сокрушались обитатели Скинии Царства Абха, был повергнут в скорбь Горний Сонм, горестно рыдали Нетленные Девы Небесные в Высочайшем Раю и ангельское окружение вздыхало и стенало. Столь прискорбными стали деяния сего бесчестного, что топором своим он поразил корни Благословенного Древа, нанес тяжелый удар по Храму Дела Божьего, наполнил кровавыми слезами очи возлюбленных Благословенной Красоты, возвеселил и ободрил врагов Единого Бога Истинного, своим отречением от Завета отдалил от Дела Божьего многих искателей Истины, возродил разбитые надежды последователей Йахйа, вызвал отвращение к себе, придал еще большей дерзости и высокомерия врагам Величайшего Имени, отверг незыблемые и убедительные строки и посеял семена сомнения. Когда бы не обещанная помощь Предвечной Красоты, что милостиво ниспосылалась во всякий миг сему слуге, хоть он и не достоин того, он [мирза Мухаммад ‘Али], несомненно подорвал бы — нет, ниспроверг бы — Дело Божье и полностью разрушил бы Божественное Здание. Но, хвала Господу, было ниспослано победоносное вспоможение Царства Абха, воинства Вышней обители поспешили даровать победу. Повсюду распространилось Дело Божье, зов Истинного разнесся по свету, во всех краях люди стали внимать Слову Бога, развернуто было знамя Его, взметнулись стяги Святости победоносно и зазвучали стихи, прославляющие Его Божественное Единство. Ныне, дабы защитить и отстоять истинную Веру Бога, уберечь и сохранить Закон Его, обезопасить и продолжить Его Дело, всякий должен твердо следовать Тексту недвусмысленного и непреложного благословенного стиха, что явлен был о нем. Невозможно представить себе большего прегрешения, нежели то, что совершил сей человек. Он (Бахаулла), Чье Слово достославно и священно, говорит: “Мои неразумные возлюбленные даже сочли его сотоварищем моим, разожгли в стране мятеж, и воистину они среди смутьянов”. Подумайте, сколь неразумны люди! Те, что пребывали в Его (Бахауллы) присутствии и созерцали Лик Его, при сем сеяли такие слухи, пока Он — да будут превознесены ясные слова Его! — не сказал: “Если хоть на миг выйдет он из-под сени Дела, то неминуемо обратится в ничто”. Вдумайтесь! Какое большое значение Он [Бахаулла] придает даже мимолетному отступничеству, а именно: случись ему отклониться вправо или влево хоть на йоту, его отступничество несомненно раскроется и выявится его полная ничтожность. И вот вы видите, как гнев Божий обрушился со всех сторон на мирзу Мухаммада ‘Али, как он каждый день спешит навстречу погибели. Вскоре вы узрите, что он и его сообщники, внешне и внутренне, обречены на полный крах

А ныне один из величайших основополагающих принципов Дела Божьего — сторониться и совершенно избегать нарушителей Завета, ибо они полностью сокрушат Дело Бога, уничтожат Его Закон и сведут на нет все былые усилия. О друзья! Вам надлежит с трепетом вспоминать о страданиях Его Святости, Возвышенного, и выказывать преданность Благословенной вовеки Красоте. Должно вам трудиться до последних сил, дабы все сии горести, тяготы и лишения, вся сия чистая и священная кровь — коя потоком оросила Стезю Божью, не остались втуне

Намереваюсь я, однако, показать тем друзьям, кои верны Завету и твердо следуют Завещанию, что надо всегда быть бдительными, дабы после кончины сего гонимого этот недремлющий и неуемный пособник зла не смог вызвать раскола, тайно посеять семена сомнения и смуты и подсечь под корень Дело Божье. Во всякое время избегайте его общества. Берегитесь и будьте настороже. Будьте бдительны и наблюдательны; если же кто-либо начнет явно или тайно поддерживать с ним хоть какие-то отношения, изгоните его из своей среды, ибо он несомненно станет источником раскола и зла

Посему возлюбленные Господа должны полностью сторониться их, избегать их, противостоять их козням и злобным наущениям, защищать Закон Бога и Его религию; все до одного должны посвятить себя тому, дабы повсюду распространять сладостные благоухания Бога и изо всех сил провозглашать Его Учение

О ты, кто стоек в Завете! Три письма, одно за другим, пришли от тебя. Из их содержания стало известно, что в Кливленде сердца страдают от мутного дыхания нарушителей Завета, и гармония меж друзьями уменьшилась. Милостивый Боже! Сотни раз было предсказано, что нарушители сидят в засаде и любыми средствами желают вызвать раскол среди друзей, дабы этот раскол привел к нарушению Завета. Как так получается, что друзья, невзирая на предупреждения, пренебрегают сим ясным утверждением? Рассматриваемый вопрос ясный, прямой и очень краткий. Либо Бахаулла был мудрым, всезнающим и осведомленным о том, что произойдет, либо был невежественным и заблуждался. Он вошел, посредством Своего верховного пера, в столь крепкий Завет и Завещание со всеми бахаи, сначала с Агсанами, Афнанами и Своим родом, и приказал им подчиниться и обратиться к Нему. Своим верховным пером Он понятно объявил, что предмет следующего стиха в Китаб-и-Акдас — это Наивеличайшая Ветвь: “Когда отхлынет океан Моего речения, и закончится Книга Моего Откровения, обратите лица ваши к Тому, Кого назначил Бог, Кто есть ветвь от сего Древнего Корня”. Смысл здесь вкратце таков: после Моего вознесения надлежит Агсанам, Афнанам, роду и всем друзьям Бога обратить лица к Тому, Кто ответвился от Древнего Корня